Поздравление дяде с 45 летним юбилеем


Поздравление дяде с 45 летним юбилеем

Поздравление дяде с 45 летним юбилеем

 
Валентина Эфендиева
 
ОТРАЖЕНИЯ
ОТКРОВЕНИЙ
IV ЧАСТЬ
(продолжение)
ПРОТИВОСТОЯНИЕ
 
Баку –   – 2010
 
Редактор
Экрам Меликов
Валентина Эфендиева.
ОТРАЖЕНИЯ ОТКРОВЕНИЙ. IV часть. Противостояние.
– Баку: Мутарджим. – 2010. – 336 стр.
Э   43-10
© В.Эфендиева, 2010
 
ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ
ДУХОВНАЯ ВЫСОТА
«Всевышний уважал меня,
покуда бунтовать я мог,
когда ж я пал к его ногам,
Он мною пренебрёг…»
Рабиндранат Тагор
Перед вами, дорогой читатель, продолжение книги «От-ражения откровений» - «Противостояние». Многие литераторы уже ознакомились с предыдущими частями книг: «Десница Судьбы», «Отражения откровений».
Духовная высота – это, прежде всего труд и стремления окунуться в сферу  литературной жизни Бакинских обществ, которые объединяются для того, чтобы обмениваться своими творческими открытиями и представлять на товарищеский суд свои работы, где в раскрепощённых мыслях бродят утвержде-ния, что деяния человека, творимого добро, старающегося до-казать, в первую очередь,  каждый самому себе.  Именно твор-чество делает индивидуума, личностью и что русский язык в Азербайджане процветает. И это стремление стало неотъемле-мой частью русскоязычного населения, и не только, реклами-ровать русское слово, но  и постигать всё глубже народные традиции Азербайджана и других народов, ибо пишущий чело-век ищет нити общедоступных наук, чтобы обогатить свои зна-ния.
Проза - не роман, чтобы увлечь читателя в заоблачную любовь или заставить страдать вместе с героями своего повест-вования. Мои стихи отделимы от прозы, которая наиболее чёт-ко отображает всё то, что в стихах проявляется необычным са-мовыражением на высоком эмоциональном подъёме. К тому же, проза написана понятным языком, тогда как в поэзии я со-вершенно другая. Поэзия – это гармония души и ума. Многие восхищаются моим поэтическим творчеством, хотя некоторые её не понимают, а есть и такие, которые просто отвергают. И это в порядке вещей. Многие не верят, что их я создала сама. Обо всём этом и идёт речь в моих рассказах; о той жизни, в ко-торую я вошла сознательно и встретила, как добрых наставни-ков, так и сомнительные взгляды в мою сторону, поняла, что со временем я теряю некоторых «друзей», разочаровавшись в них. Этот круговорот именуется омутом  безнравственности. Он за-тягивает людей, неспособных понимать истинную картину происходящего, ведь каждый человек может ошибаться, но та-кие ошибки не бывают сознательными, их корень таится в ин-туиции и подсознании, чтобы платить за добро болью. И я бла-годарна всем тем, кто оказался верным другом, в наиболее сложные периоды моей творческой жизни.
В природе идёт естественный отбор на стойкость и вы-носливость. Дарвинизм называет это - борьбой за существова-ние. И ещё, со временем мы теряем близких нам людей по духу и крови, навсегда, сознавая, что их больше не вернуть ни доб-рым словом, ни молитвами. Так что же мы оставим после себя?
«Как мне хочется неба без меры,
Чтобы звёзды сияли в глаза
Упоительным символом веры:
В ней и тишь, и мечта, и гроза!»
Экрам Меликов. «Мечта».
 
СИГНАЛЬНЫЙ ВЫПУСК
Лёгкое дело – тяжело писать и говорить,
но легко писать и говорить – тяжёлое дело.
В.О.Ключевский.
С Экрамом приехали в издательство «Мутарджим» за книгами, по звонку Мэтанат. Она сообщила, что готовы только пятьдесят книг. Заметив встревоженность, сказала, что иногда такое бывает – это первый сигнальный выпуск. Я пыталась её убедить, что до этого случая все книги получала сразу. Выслу-шав её внимательно, заглянула в комнату, где готовят книги. Подумала: ведь эта кропотливая работа, в сущности, гораздо более интересна, чем, кажется на первый взгляд.
Почти в сыром виде мы привезли ко мне домой нашу чет-вёртую «двойню». Тут он энергично уверял, что мои стихи по качеству выше стихов многих известных поэтов, что они обла-дают мужской силой и на таком уровне, что дух захватывает, но они смешаны с посвящениями, а это портит книгу. При-шлось убедить: «Я сделала то, что считала нужным. Во всех своих книгах я посвящала стихи людям, которые оставили в моей жизни глубокий след тем, что проявили добрые чувства и внимание».
Вскоре мы забрали остальные 150 книг из издательства.
«ТЕНЬ ТИШИНЫ»
16-го января 2004 года в общественно-политической газе-те «Вышка» нашего города вышла статья под названием «Ис-полнит тар прощальный Баяты», посвящённая общему горю Азербайджанского народа – кончине Президента Гейдара Алиева. Привожу отрывки из статьи, а подготовил её наш кор-респондент газеты  Р.Миркин:
«…Появление этих идущих от сердца строк из стихотво-рения москвички Надежды Паиной, чьё послание редакции пе-редали из пресс-службы Милли меджлиса, вызвано нашим об-щим горем…
Посмертное посвящение – жанр специфический, сущест-вующий как бы на стыке других. В нём, в частности, можно встретить элементы эпитафии и панегирики, т.е. совмещение надгробной стихотворной надписи и поэтической хвалы. А, в общем-то, каких-то специальных жанровых рамок в этой, хотя и довольно тонкой, сфере не существует…
Стихи, поступившие в редакцию «Вышки» в эти дни, соз-даны как давно вышедшими на поэтическую тропу литерато-рами, так и только начинающими, едва успевшими прикос-нуться к миру образов авторами. И то, что все они – женщины, тоже по-своему примечательно.
Открывшее траурный выпуск «Вышки» (от 19 декабря) стихотворение старейшей азербайджанской поэтессы Варвары Константиновой стоит первым в скорбном ряду поэтических посвящений. Позволю себе напомнить читателям первую стро-фу:
Застыли в окнах солнечные блики.
В слезах от горя у людей глаза.
Как мне измерить труд его великий!
Об этой жизни как мне рассказать!
А ведь это и в самом деле совсем не просто – поведать о первом человеке государства, тем более, когда тебя перепол-няют чувства…
Вот и заслуженный нефтяник республики Евдокии Дани-ловны Мирошниченко произносит самые обычные, но щемя-щие душу слова, напоминая нам о большом пути Президента и о том, какой дорогой ценой ему это давалось:
Нескончаемый поток,
Скорбные все лица.
Мы пришли со всей страны,
Чтоб Вам поклониться…
В этой статье приведены строки Гюльхан Имановой:
Ты – музыка Вивальди,
Девятый моря вал.
Ты – берег странствий дальних,
Спасительный причал…
Точно такую характеристику всенародной печати – «И день оделся чёрным покрывалом» - воспроизводит в своих по-детски простодушных стихах ученица 3-го класса лицея «Ин-теллект» Марьям Джалилова, которая искренне верит, что в го-рах или в море, на поле или у нефтяной скважины мы никогда не забудем Великого человека по имени Гейдар Алиев.
Два стихотворения - «Тень тишины» (одной из ведущих литобъединения «Родник» Валентины Эфендиевой) и «Скорбь матери» (нашей московской читательницы Надежды Паиной) – мы приводим полностью. А в завершении обзора поступивших в «Вышку» произведений нам хотелось бы привести фрагмен-ты из стихотворения «Ухожу» Нины Алиевой, в котором образ покойного экс-Президента представлен своеобычно – от перво-го лица:
Посмертно я в долгу пред Богом
За жизнь, за яркую судьбу,
За сына, дочь, прекрасных внуков,
За друга верного – жену.
За добрый мир под небом ясным,
За то, что жил в родном краю,
За то, что был - любим народом,
За край родной Азербайджан…
НАДЕЖДА ПАИНА
(Москва)
СКОРБЬ МАТЕРИ
Опять в январском трауре народ,
И море чёрных лент в Стране Огней,
Скорбь матери так скоро не пройдёт,
А время отсчитывает сорок дней.
Ана Вэтэн, не утопай в слезах,
Ты видишь, плачет твой седой Хазар,
Ты слышишь, эхо пронеслось в горах:
«Ушёл из жизни  славный сын Гейдар».
Скорбит с тобой весь мир, Азербайджан,
Исполнит тар прощальный Баяты:
- Мужайся и крепись, Страна Огней –
Такого сына потеряла ты!...
Прощальный Баяты исполнит тар:
- Мужайся и крепись Азербайджан.
Весь мир скорбит с тобой, Ана Вэтэн,
Но дух твой жив, наш славный сын Гейдар!
 
 
ВАЛЕНТИНА ЭФЕНДИЕВА
ТЕНЬ ТИШИНЫ
Светлой памяти
Вождя азербайджанского народа
Гейдара Алиева
посвящается.
Город замер в глубокой печали,
Гибкой тенью сквозит тишина.
«Книга Жизни» Судьбой прочтена,
Новый Путь – как дорога к Началу.
Тень открыла забвенья Ворота,
Отошли пересуды  молвы.
Не склонял он руки, головы
Ради будущего для народа!
Он ушёл в мир покоя Великим,
Наполняя надежд паруса,
Но звенят тишины голоса,
Память – стойкая сила реликвий!
Даже осень вослед голосила,
Вырываясь из мёрзлых рутин,
Нити Жизни на вязком пути
Истончили упругость и сила.
Скорбь глубокая в душах и ликах,
Люда шествие – памяти дар!
Будь спокоен, наш мудрый Гейдар –
У заката есть светлые блики!
Поистине, народ любил своего Президента. Но Жизнь продолжала свой Путь. На смену встал стойко на путь, проло-женный отцом, Ильхам Алиев. Город примет новый облик, по-литическая жизнь примет новые старты…»
26-го марта состоялось заседание «Родника». Пропуск был передан в проходную.
ГРАМОТЫ ЗА ВЕРНОСТЬ И ТАЛАНТ
Как и сообщалось в «Вышке» (№2 от 14.01.2005г.), во вторник, 25 января в конференц-зале редакции состоялось тор-жественное вручение грамот и памятных подарков членам дей-ствующего при газете литобъединения «Родник». В мероприя-тии принимала участие ведущая Гостелерадио –
«В мире Литературы и Искусства»  - передачу на русском язы-ке, Земфира  Шейхзаманова.
Тепло приветствовав дружно собравшихся в стенах ре-дакции родниковцев, главный редактор «Вышки» Медина Га-санова подчеркнула, что у нас в Азербайджане каждый третий в глубине души немного поэт. И неудивительно, что очень многие, посвятив себя - довольно далекой от творчества про-фессии, пишут стихи. Очень много творчески одаренных лю-дей было всегда и среди представителей нефтяных профессий. На это обратил внимание и активно содействовал созданию при «Вышке» литературного объединения «Родник» известный нефтяник, работавший в свое время начальником «Азнефти», Али Амиров.
— Кстати, Али Джаббарович и сам увлекался поэзией, писал прекрасные стихи, — сказала М.Гасанова. — В разное время литобъединение возглавляли известные бакинские по-эты: Александр Халдеев, Дмитрий Дадашидзе, Владимир Ка-фаров... Было время, «Родник» перестал выходить, но затем его работа возобновилась благодаря прекрасному человеку и поэту Николаю Борисовичу Хатунцеву. Он очень много сделал для «Родника», а главное — воспитал в своих учениках чувство любви к истинной поэзии. От номера к номеру стихи родни-ковцев становятся отточеннее, значимее, глубже. Впервые за 40 лет редакция газеты решила отметить творческие успехи чле-нов «Родника», наградив всех участников литобъединения гра-мотами в номинации «Верный родниковец».
По решению жюри грамоты и памятные подарки были вручены:
В номинации «Лучший поэтический образ» — Зауру Мехтиеву.
В номинации «Люблю Отчизну я» — Станиславу Савель-еву.
В номинации «Лучшие переводы» — Энару Гаджиеву.
В номинации «Стихотворение года» — Экраму Мелико-ву.
После церемония вручения грамот и памятных призов со словами благодарности коллективу редакции газеты «Вышка» и ее главному редактору Медине Гасановой выступили руково-дитель литобъединения «Родник» Валентина Эфендиева, а также поэты Сергей Стукалов, Станислав Савельев, Геннадий Салаев, Экрам Меликов и другие. В своих выступлениях они особо подчеркивали, что этот день запомнится им как самый лучший праздник. И то, что «Родник» существует при старей-шей газете нефтяников «Вышка», получившей недавно между-народный знак качества, очень знаменательно. Участники встречи выразили надежду на то, что газета будет жить и в сле-дующем веке, а вместе с ней будет бить ключом и поэтический «Родник». Высказали они и свои предложения по поводу того, какие произведения посвятить 60-летию Великой Победы и как отметить эту знаменательную дату.  Энар Гаджиев поделился с участниками мероприятия приятной новостью. Как рассказал его знакомый, приехавший на днях из Ярославля, в том же са-мом Ярославле, Угличе и других российских городах можно услышать положенную на музыку «Балладу о бакинцах», опуб-ликованную на страницах нашей «Вышки», а в московском журнале «Восточная коллекция», издающемся Центральной библиотекой, опубликован его перевод суры из Корана.
В завершение мероприятия участники сфотографирова-лись на память.
«СОДРУЖЕСТВО» ПОСЛЕ РЕМОНТА
27-го марта Марат Шафиев пригласил меня на очередное заседание «Содружества». Я взяла с собой книги подарить ли-тераторам. После ремонта помещение очень изменилось, стало намного свободнее. В середине зала поместили светлый боль-шой полированный стол со стульями с высокими спинками. Тут же, чтобы не отнимать у собравшихся время, я подарила свои книги Татьяне Алексеевне Керимовой – председателю «Содружества», Михаилу Константиновичу Болотникову – зам.предеседателю «Содружества», Галине Ивановне Шипули-ной - филологу.
Подарила книгу и Иосифу Ткачу - руководителю литера-турного объединения Еврейской общины.
М.К. Болотников протянул свою ручку, чтобы я надписа-ла ему книгу. Пришли поэты: Севиндж Гейдарова, Алина Та-лыбова, Тофик Агаев (ТОФА) – я его предупредила, что Алек-сандр Родионов передаст ему нашу с Экрамом книгу. Детские стихи и рассказы очень понравились моим внукам. Он попро-сил у Людмилы посмотреть книгу «Ступени к Храму», и улыб-ка расцвела на его лице, когда он окунулся в мои верлибры. Потом Тофик рассказал, как он с друзьями выступал на Нефтя-ных Камнях, читая свои стихи, что там есть библиотека, и как они долго хлопотали, чтобы библиотеку назвали в честь Вла-димира Кафарова. Попросил присутствующих пополнить эту библиотеку своими книгами.
На заседание приехали представители российского по-сольства, люди, которых я видела не раз на вечерах и конфе-ренциях.
Выступила Галина Ивановна Шипулина. Она начала с то-го, что посольство помогло нам выпустить нашу пятую книгу «Истина творца» - мою и «Крест Судьбы» - Экрама Меликова. Виктор Титович промолчал, но я знала, что многие пишущие люди просили у него помощи в выпуске своих книг, а он не в состоянии помочь всем, кто нуждается. Об этом в «Содружест-ве» говорил заместитель посла, объясняя, что в России 40% людей живут за чертой бедности и всем помочь они не в силах, тем более - начинающим поэтам. Татьяна Алексеевна добавила, что поэты, проявившие себя в творчестве с лучшей стороны, нуждаются в поддержке больше остальных.
ШИРОКИЕ ЖЕСТЫ
Вечером позвонила Мансуру, узнав случайно, что он бо-леет. Пойду к нему с Экрамом в Союз писателей, когда попра-вится и выйдет на работу. Он поздравил меня с новой книгой.
28-го, в обеденный перерыв, была в гостях у Николая Бо-рисовича Хатунцева. Вернула его книги, которые он дал Экра-му почитать, а я в свою очередь подарила ему нашу с Экрамом книгу. Мы за чаем мило побеседовали.
На следующий день зашла в библиотеку нашего микро-района и подарила директору Лидии Алексеевне книги для чи-тателей.
Звонила сыну в Москву и продиктовала паспортные дан-ные, чтобы он заранее мне забронировал место на поезд в Су-мы. К концу апреля я рассчитывала поехать к маме через Мо-скву.
31-го марта позвонила Тофику Агаеву, чтобы он приехал ко мне домой, за книгами для библиотеки. И  рассказала, что мой внук с удовольствием читает его детскую книгу.
 Накануне с утра направилась в Железнодорожную боль-ницу, что находится около вокзала. Первое, о чём я мечтала, это передать книгу моему лечащему хирургу. В ней опублико-вано стихотворение, посвященное профессору, написанное по-сле операции. И второе – хотела проконсультироваться насчёт своего здоровья, а оно желает быть лучшим.
ПО СЛЕДАМ ПАМЯТИ
В дверях увидела знакомую медсестру, и она рассказала, что профессор Фарман Джейранов у них уже не работает. Она продиктовала мне новый номер его рабочего телефона, когда объяснила, зачем ищу врача, и что опять себя неважно чувст-вую. Наш разговор услышала пожилая операционная медсест-ра, проходившая мимо и, как бы упрекая, сказала: «Надо туго подвязываться и не носить тяжести» - и так на меня посмотре-ла, что мне стало не по себе. От предложения медсестры; сде-лать в этой больнице еще одну операцию у другого врача, я от-казалась, показывая пальцами, что денег нет. Оттуда я напра-вилась в железнодорожную кассу, узнать, как я смогу в бли-жайшее время отправиться в Москву. В кассе познакомилась с женщиной, которая обещала оставить для меня билет на поезд. В тот же день направилась в нотариальную контору перевести загранпаспорт на русский язык.
Несколько дней меня беспокоила общая слабость…
РЕДКИЕ ГОСТИ
Ко мне домой приехали на велосипедах Тофиг Агаев и Юрий Мамедов. Я предложила занести свой «транспорт» в прихожую, потому что оставлять в подъезде  нельзя. Беседа за чаем прошла довольно интересно. Они отобрали для себя кни-ги и положили их в спортивную сумку. Тофик сообщил, что 24-го числа в «Содружестве» Михаил Константинович и Татьяна Алексеевна собирают поэтов, чтобы обсудить вопрос о поэти-ческом конкурсе. Там же Тофик обещал вернуть мою книгу «Обитель Духов», которую попросил почитать. Дарить третью книгу я более никому не могу, так как у меня осталось всего две книги для родных.
СТИХИ В «ВЕСТНИКЕ»
(по закоулкам памяти)
Для Виктора Титовича передала, в один из Исполкомов, наши с Экрамом книги. В своё время он принял большое уча-стие в выпусках моих стихотворений в газете «Вестник» орга-низованный им от Русской общины: «Параллельные миры» за 34\ 15 декабря 2000г., «Заката растаяла вязь» о подводной лод-ке «Курск» - 2 августа 2002г. 2001 года. Большая заслуга Вик-тора Титовича была ещё и в выпуске газеты
«Вестник» №7-8 июль-август 2003 года, где кроме поли-тических новостей и фантастики, вышли в свет стихи авторов с биографиями. Вот их имена:
Николай Хатунцев: «России», «Нить дружбы», «Беда», «Обидно!».
Мансура Векилова: Литературные портреты: «Низами», «Насими», «Скорбь Физули», «Пушкин», «Лермонтов», «Са-бир», «Есенин в Баку», «Маяковский», «Мушфиг».
Валентины Эфендиевой: «Вровень с судьбою», «Молодое полесье», «Шуршание крыл», «Жизнь – рулетка», «Сын солн-ца», «Зелёный шум», «Живая красота», «Ангелы смерти», «Творимые знаки».
Людмилы Богатырёвой: «Отдушина», «Придумаем сю-жет», «В чём суть?», «Жизнь», «Закат», «Тонкая струна», «Судьба», «Осень», «В разлуке».
Экрама Меликова: «Куст», «Молитва», «На взморье», «Весна».
БАКУ - МОСКВА
Завтра отправляюсь на поезде в Москву, а потом, Бог даст, в Сумы. Старшая сестра уже приехала, а мама никак не дождётся меня. Скоро увижу своих внуков в Москве. Приеду со свежими идеями и впечатлениями, потом опишу!….
30 мая 2004 года. Наконец я дома! Я не могла предста-вить, что мой отпуск, проведённый вдали от дома, будет насы-щен встречами, что душа моя успокоится, увидев маму и сес-тёр. Теперь о предстоящих  поездках:
Двадцать пятого апреля я выехала поездом из Баку в Мо-скву, поручив заботы о «Роднике» Экраму Меликову и Стани-славу Савельеву. Не успели родные проводить меня и посадить в вагон, как я вся в думах была уже о Москве. Двое с полови-ной суток добиралась до города, который стал родным моему сыну.
ВСТРЕЧА С СЫНОМ
В поезде меня потрясло одно событие: проводник впус-тил в вагон тридцать девять наёмных рабочих казахов, которые следовали от Астрахани в столицу России. Без матрацев, на са-мых верхних полках они улеглись кто как, подложив под голо-вы сумки или одежду. Они походили на загнанный скот. Го-лодные, плохо одетые, жаловались, что у них в сёлах нет рабо-ты, поэтому им приходится ехать в Москву работать на строй-ках, чтобы содержать свои семьи, находящиеся на грани выжи-вания. У меня сердце сжималось от жалости, когда я глядела на них. Ведь их обкрадывают не только в заработке, но и в дороге.
Я угостила сидевшего около меня молодого мужчину хлебом с колбасой. Надо было видеть, как он сжимал двумя ру-ками пищу, боясь, что у него её отнимут. Тут вспомнила стихо-творение Н.А.Некрасова «Размышления у парадного подъез-да». Куда мы идём? И что будет дальше?…
Мне повезло со спутниками в дороге. Мужчины помогли вносить и выносить мои вещи. Таможенники тщательно прове-ряли многих пассажиров. У меня же проверили только доку-менты, но мне нечего было беспокоиться, я ничего запретного никогда не брала с собой в дорогу, только подарки родным и личные вещи.
Сын встретил меня один. Увидев его, я замерла оттого, как выглядела моя кровинка. Худой, с серым налётом на лице вместо загара, что придавало ему болезненный вид. Но сын есть сын. Как я соскучилась по нему! Хватит ли у меня время обменяться новостями и узнать, как он живёт? Мне хотелось обнять и навсегда прижать его к своему сердцу, и не отпускать никогда. Но я хорошо понимала, что это невозможно.
Мы с полчаса ждали на вокзале открытия метро. Ведь по-езд пришёл в пять часов утра, когда кроме такси никакой транспорт не работал.
На все вопросы Яша отвечал, улыбаясь. Он старался меня успокоить, что не всё так плохо, как я думаю. Как только зара-ботало метро, сын подхватил сумки и мы вместе с людьми во-шли в метро и стали пробираться к эскалатору. Сделав пере-садку с одной линии на другую, мы быстро добрались домой.
Дома никто не спал.  Алевтина со своей мамой встретили меня ласково. Внуки готовились - старший в школу, а младший в садик. Галина Ивановна хлопотала на кухне. Максим вырос, не узнать, а Димочка в этот день не пошёл в садик Евгений Иванович вот уже восемь лет лежит парализованный. Никого не узнаёт. В течение трёх дней я успела наговориться с Гали-ной Ивановной и Алевтиной о жизни, о проблемах в семье и о наших детях. Максим, стесняясь, держался немного скованнее, чем Димочка. Дима разрешал мне целовать его, когда захочу. Нисколько не изменились Галина Ивановна и Алевтина, разве что, Аля стала солиднее и ухоженней. Пять лет отделяли нас от последней нашей встречи. Всё так же Галина Ивановна вела домашнее хозяйство. Можно сказать, она вела и ведёт весь дом. Яша и Аля поддерживают всё и вся, что подскажет хозяйка до-ма. Хотя Яша часто ей противоречил, но это не были скандалы, просто каждый из них стоял на своих позициях и уступать не хотел. Аля была ко мне внимательна. Мы находили темы для разговоров, ведь нам было о чём поговорить.
Она выходила из дома на работу либо с моим сыном, ли-бо одна. Я оставалась с Галиной Ивановной и Димой.
НА УТРЕННИКЕ ВНУКА
На второй день Галина Ивановна пригласила меня к Диме в детский сад на утренник. Должен был состояться большой концерт двух групп – выпускников, которых ожидает новый путь в страну Знаний, т.е. в первый класс. Я с удовольствием пошла. Мы устроились в последнем ряду, а их было всего пять. Впереди стояли детские стулья, так что нам было всё хорошо видно. Мне очень понравилась воспитательница Димы. Её пол-нота нисколько не мешала ей двигаться быстро, звучал ласково её удивительный голос. Дети следили за каждым её жестом и взглядом, когда танцевали и читали стихи.
Да и вообще, в садике было настолько всё благоустроено, что у меня сердце трепетало от радости, что мой внук воспиты-вается в таком детском заведении, а во время концерта я не могла сдержать счастливые слёзы. До чего мило создали сцен-ку – остров знания. Главные роли исполняли пираты, и один из них – Дима. Алевтина записала на камеру весь концерт.
Мне хотелось посмотреть внимательней, как оборудован садик для детей. Конечно, не сравнить с бакинскими детсада-ми. У них отдельная спальня, где дети днём отдыхают. Уголок для игрушек занимал половину зала. Такого изобилия игрушек и оформления уголка я ещё не видела.
В ГОСТЯХ У ЛАЛЫ
В этот вечер я договорилась по телефону встретиться с Лалой Ахвердиевой. Дома всех предупредила, что еду к ней на ночь. Мы встретились у метро. Маршруткой от метро добра-лись до её дома. Она рассказала, что буквально за два часа на-шла квартиру. Сама живёт в тульской области г. Узловая, и специально приехала в Москву, чтобы устроиться на работу и наговориться от души.
Поднялись на третий этаж. В этой же квартире жил ещё один мужчина, который встречался с женщиной. Две комнаты занимали квартиранты, каждый платил за свою комнату от-дельно, ведь в Москве квартиры стоят очень дорого, независи-мо от того, снимаешь ли ты их или являешься непосредственно хозяином. Я предполагала, что Лала нуждается в моих услугах, поэтому прихватила с собой парикмахерские инструменты.
В квартире было чисто, как будто после ремонта. В ком-нате Лалы стоял добротный диван, большой стол и два стула. Мы прошли в другую комнату. Хозяина дома не было, а вещи и чемоданы, разбросанные хаотично, составляли весь его багаж. Так как Лала ждала случая, чтобы привести себя в порядок, на-до было взять большое зеркало, что лежало на полу у стенки в горизонтальном положении. Лала подняла его и перенесла в прихожую, примостив ближе к стене, чтобы в него было удоб-но смотреться. Не успела покрасить и постричь Лалу, как по-слышался стук и звонок в дверь. Я зашла в комнату, а Лала по-торопилась открыть дверь. Сосед по комнате буквально проле-тел со своей знакомой в свою комнату, которую он занимал, и закрыл за собой дверь. Распахнутую дверь  на площадке, кото-рую не успели затворить за собой «соседи», пришлось закры-вать Лале. Громкий спор за стенкой долго не прекращался, а мы сидели в комнате Лалы и от непонятного смущения не зна-ли, что нам делать. Через некоторое время вышел сосед и по-просил не обращать внимания на его спутницу, дескать, на её дне рождения они поспорили между собой, поэтому она такая взвинченная. Чувствовалась какая-то внутренняя скованность, разговора большого не получилось. Мы пристроились вдвоём на диване и долго не могли уснуть, разговоры затянулись почти до утра. Кое-как вздремнули, а утром соседи ушли первыми. Я намекнула тогда подруге: «Весело будет тебе, такие концерты, видимо, ещё не раз будут повторяться». Она уже стала поду-мывать, как бы снять себе отдельную комнату. Самое главное для неё - устроиться на работу. Уложив её волосы феном, я стала торопить её, потому что опаздывала к сыну, но Лала за-нялась косметикой, так что пришлось долго ждать. Обещала быть у сына к 11 часам, а время показывало двенадцать. Мне ещё добираться автобусом и на метро. Мы приехали, можно сказать, вовремя потому, что я успела уложить свои вещи, а Лала нашла общие темы с Галиной Ивановной по поводу быто-вых проблем, как, например, купля и продажа квартиры. Вече-ром мне предстояло выехать в г. Сумы.
СНОВА В ДОРОГУ
Уезжая, усердно просила сына с Алей, чтобы жили друж-но, ведь Галина Ивановна рядом, а я далеко. Аля стала меня успокаивать, что у них всё хорошо и не надо так волноваться. Время поджимало. Галина Ивановна  вручила мне немного российских денег. Пришли с работы Аля и Яша. Пообедав, я попрощалась с внуками и с Галиной Ивановной, и мы направи-лись к метро, где я рассталась с Лалой.
Центральный вход на вокзал был закрыт на ремонт, и нам пришлось пройти к поезду в обход. Погода стояла хорошая. До отхода поезда оставалось немного времени. Когда сын размес-тил мои вещи в купе под сиденьем, я, простившись с ним и с Алевтиной, ощутила жгучую тоску. Когда ещё я их увижу? По-езд набирал скорость. Лишь добрые отношения в семейной жизни у сына успокаивали меня. Не всё так плохо, как я пред-ставляла себе раньше. Лишь бы они были счастливы!
Мысли хаотично метались от одной встречи к другой, к тому, что ждёт меня в Сумах. Как там мама? Я знала, что стар-шая сестра, приехавшая до меня, гостит у нашей младшей се-стры, что они готовятся к встрече со мной. Уже утром, когда мы подъезжали в Сумы, моё сердце стало биться учащённо в предчувствии предстоящей встречи.
РАДОСТНЫЕ ВСТРЕЧИ….
В Сумах меня встречали обе сестрёнки и Стас. Боже, сколько было радости на наших лицах! Сели в такси, и в тече-ние всего пути мы всё «чирикали»: как я доехала, как в Москве живут Яшар с Алей, как мама. Георгина и Ирина наперебой рассказывали, с каким нетерпением она ждёт меня. Не успела я войти в квартиру, как бросилась искать по комнатам самое до-рогое существо - маму. Она сидела в маленькой комнате вся в ожидании нашей встречи. Я её расцеловала, как могла: глаза, руки, щёки. Мы так сильно соскучились вдали друг от друга!
Естественно, после долгой дороги, успокоив маму, я ныр-нула в ванну, чтобы смыть с себя дорожную усталость….
Мама не могла нарадоваться, что я приехала. Но как она болеет, ужас! Каждые три часа измеряет давление. Даже у меня давление подскочило до 180, а нижнее 120. Гера дала мне свои немецкие таблетки, чтобы его снизить. Я начала пить мине-ральную воду, и мне стало лучше. Второго мая отметили день рождения мамы, объединив его с днем рождения Бориса – му-жа Георгины, который родился третьего числа.
Ирина снимала нашу встречу на видеокамеру. После праздника Ирина со Стасом с головой уходили в работу, а мы их всегда ждали к ужину, к десяти часам. Обедом занимался в основном Боря. Уж как он нас откармливал своим узбекским пловом! И вообще, он так вкусно готовит - пальчики обли-жешь. Мне ничего не давали делать, потому что я ослабла по-сле операции, да и дома не очень берегла себя. И болезнь вер-нулась. Однажды я сказала своему доктору, (Рена ханум – так её зовут), я королева в стихах, а дома - обычная хозяйка, хотя дети уже давно хозяйничают по-своему, а за мною осталось одно название, когда готовлю или стираю.
К моему юбилею, который должен будет состояться 18-го июня, родные приготовили много подарков. Даже племянница меня удивила, подарив мне своеобразный сувенир, да такой, что я онемела. Подобное украшение может носить только де-вушка. Я сказала, если мои дети подарят мне внучку, ей и дос-танется этот подарок. Мама подкинула на расходы немного де-нег. Гера дала на обратную дорогу, я тут же попросила Ирину купить мне билет до Баку через Харьков. Именно через Харь-ков, чтобы не возвращаться в Москву, где мне и так уделили большое внимание. Надо иметь совесть.
День Победы мы отметили дома у сестры, а вечером все, кроме мамы, направились в парк посмотреть салют. На берегу небольшой реки, в роскошном парке, мы нашли свободный столик и пластиковые кресла. Какая-то магия заставила нас вместе со всеми кричать “Ура!” при вспышках салюта. Так продолжалось, пока не кончился красочный фейерверк. Домой вернулись поздно, с впечатлениями о прошедшем празднике…
Разговоров вечерами хватало для всех и обо всем. Мама не отпускала меня от себя. Я написала всего два стихотворе-ния, потому что мама запретила заниматься у них сочинением:
- Приедешь домой, пиши, а здесь отдыхай! - вот и все де-ла! Она привела в пример брата, который тоже много писал, а чем кончил? – “Ушёл раньше всех из жизни”. Смотрела я на всё это и думала: так однообразно прожить свою жизнь я не смогу. Правда, были в гостях у бывших бакинских соседей, ко-торые теперь живут в Сумах, вспоминали наш родной город. Пришлось сказать, что город уже совсем не тот, да и люди дру-гие. Ничего от старого не осталось.
Я думаю, разве могут уложиться в строки мои мысли и впечатления, ведь их было слишком много! Кое-какие детали, может и значительные, потихоньку стираются в памяти. Оста-ётся одна забота родных обо мне и тёплые встречи. Как хоро-шо, что они у меня есть!
ПРОВОДЫ, ПРОВОДЫ…
Время пролетело так быстро, что не успели оглянуться, как Гера и Боря стали собираться в дорогу. Как мне было тяже-ло с ними расставаться! Когда ещё увидимся? Стас и Ирина пошли провожать родных на вокзал, а я осталась с мамой, и в доме сразу стало пусто.
Позже звонила Гера, рассказала, как доехали, и спросила, как мы без неё обходимся. Я ответила ей, что взяла на себя за-боту о маме: готовила пирожки, долму, и вообще делала всё, на что была способна. Продукты приносили Ирина и Стас. Через десять дней я сама стала собираться в дорогу. Мама затоскова-ла. Всё старалась убедить меня, чтобы я берегла себя и не но-сила тяжёлые вещи. Я обещала ей  приехать на следующий год.
Когда мы сидели рядом, мама старалась в очередной раз давать мне наставления, а я отводила её от главной темы и всё говорила о посторонних вещах. Она тут же отвечала, что я за-говариваю ей зубы и не слушаю её. Тогда я пускала в ход лас-ковые слова, утешая тем, что мы скоро снова встретимся...
Мысли мои были о бакинском доме. Вроде всех повидала, и уже домашние дела и творческая жизнь стояли перед моими глазами. От них мне не уйти. Мне было больно, что я сама уже не та сильная женщина, что была раньше. Я, как бабочка, больше держалась за воздух, чем за жизнь.
МЫСЛИ О ДОМЕ
23-го числа Стас и Ирина на рассвете проводили меня на вокзал, посадили в поезд, на котором я могла бы доехать до Харькова, а там пересесть на бакинский поезд… и домой. До отхода поезда оставалось немного времени. Утро было влаж-ное, слегка моросил дождь, а чистый воздух освежал мысли, отчего менялось настроение: то расслабленность, то напряже-ние. Трудно было расставаться с этим замечательным миром, в котором останутся мои родные. Я стояла опустошённая, оста-вив здесь частицу своего сердца.
По дороге от Сум до Харькова вдруг вспоминала, как провела время своего отпуска в кругу дорогих мне людей. Я гордилась тем, что у меня такие добрые, любящие сёстры, что с мамой у них самые тёплые отношения, хотя по характеру мы все разные.
К восьми часам утра поезд прибыл в Харьков. Сосед по купе помог мне вынести вещи, а на вокзале молодой носиль-щик перенёс мои сумки на другую платформу и объяснил, что поезд на Баку подойдёт через час. Он указал мне скамейку, около которой остановится нужный мне вагон. Пока я разгля-дывала вокзал, подошёл молодой человек и сел на скамейку рядом со мной. Мы разговорились, и я поняла, что он тоже из Баку. Естественно, на мою просьбу помочь занести мои вещи в вагон он с готовностью согласился.  Всё прошло благополучно. Менялись станции, пассажиры и таможни на границах Украи-ны, России и Азербайджана. Меня особенно не проверяли, ви-димо видели, что я не торговка. Кроме вещей и 2-х килограм-мов мёда я ничего не везла. Поэтому была спокойной и уверен-ной. Дома меня встречали Экрам, Амирхан, муж, дочка и ма-ленький Эмильчик. Сколько было впечатлений!
ШЕСТОГО ИЮНЯ
На «Роднике» я объявила, где будет проходить «День па-мяти А. С. Пушкина», и сама пришла чуть раньше назначенно-го времени. К памятнику подошла Светлана Николаевна Бари-нова с «дружиной» и с гостями. Встретила Виктора Титовича Татаренко. Я много раз звонила ему узнать, передал ли он в по-сольство мои книги? Увидев меня, он признался, что книги мои лежат у секретаря Исмаилинского района и что он их ещё не забрал. Значит, до посольства они не дошли. Тогда что гово-рить заранее о презентации.
НА СТРАНИЦЕ «ВЫШКИ»
В конце месяца позвонила Медина ханум и поручила ото-брать стихи родниковцев для публикации. Естественно, я по-ехала в редакцию, прихватив свои стихи и фото на случай, если она сможет к моему юбилею выпустить моё стихотворение.
Медина ханум с удовольствием приняла моё творчество. И предложила написать очерк о парикмахерском деле (лече-нии, моде и т.д.).
Позже я поздравила московского внука Диму с его днём рождения. Не забыла поздравить и Стаса в Сумах.
ПЕРЕД ПРЕЗЕНТАЦИЕЙ
В один из вечеров позвонила Михаилу Константиновичу Болотникову, чтобы попросить разрешения провести презента-цию моей книги «Ступени к Храму» и Экрама «Настежь…» в «Содружестве». И ещё  просила провести  мероприятие  20-го или 27-го июня, пока сын с семьёй будут гостить у меня.
Приехали мои дети с внуками. Сколько было радостей! Они справили со мной юбилей. Наш заведующий салоном Ва-лид разрешил провести торжество в кафе. Девочки с работы помогали накрывать столы, я и мои родные готовили горячие блюда.
Яша меня предупредил, что его камера шалит, поэтому он не ручается, что запись получится удачная. Тогда я с Алевти-ной поехала на вокзал в офис и там попросила помочь найти недорогого оператора. Мне продиктовали номер телефон Сер-гея. Позвонив,  я договорилась с ним, что   заказ принят,   и он будет снимать мой юбилей на камеру.
СЮРПРИЗ
18-го июня оператор пришёл во время, и я передала ему кассету. В этот день собралось немного людей. В основном ра-ботники нашего салона и мои родные. На весь «мир» устраи-вать праздник у меня не было возможности. И этого было вполне достаточно, чтобы мой день был счастливым.
Экрам принёс красивый букет из лилий. Он был велико-лепен, я даже не ожидала такого сюрприза! Лариса принесла из своего сада красные розы, они простояли весь вечер у бара в кафе. Краешком уха я услышала от дочки, что с её работы при-дут друзья с тортом. Тогда я взяла из дома подсвечник, кото-рый подарила мне младшая сестра. В темноте зажжённый ма-ленький подсвечник со свечой, на большом торте, в отсветах огня переливался красивыми линиями, завораживая взоры гос-тей. Все спрашивали, где я достала такую свечу, без конца вос-торгаясь её красотой. Лёва с Раисой сели за отдельный столик. Вообще все столы стояли отдельно друг от друга. Но никого это не смутило. Все общались между собой и во время танцев, и тогда, когда присаживались к знакомым, потому что чужих не было, все были знакомые и близкие.
КРУГОВОРОТ
В тот день я ждала подборку стихов родниковцев в «Выш-ке», где могли выйти и мои стихи. Но подборка не вышла, зато была фотография Любови Тимофеевны Якуниной с Житниковым из посольства. Я подумала, что передам ей эту газету.
На следующий день в «Клубе моряков» состоялось соб-рание, посвященное выборам председателя «Содружества», вместо Эльдара Эмильевича Горина. И Горин, и Татьяна Алек-сеевна Керимова были для меня добрыми людьми, каждый по-своему участвовал в моей судьбе. Кто мог знать, что профессор Горин уделит моей персоне внимание и познакомит с хирур-гом, который сделает мне бесплатно операцию. Такие детали никого не интересуют. Позже я узнала, что Татьяна Алексеев-на, как сказал один из представителей казачества на очередном собрании, внесла большие проекты для преобразования всего «Содружества». Михаила Константиновиа Болотникова назна-чили её заместителем.
ПРЕЗЕНТАЦИЯ
Я договорилась с Михаилом Констанстиновичем Болот-никовым отметить презентацию книги 20-го июня в «Содруже-стве». Алины и Татьяны Алексеевны не было. Оператор Сергей пришёл немного раньше назначенного времени.
После прихода Галины Шипулиной стали появляться родниковцы и хазаровцы с  Бахышем Бабаевым. Он быстро ор-ганизовал поход в магазин за тортом. Хорошо, что я взяла су-венирную свечку, не догоревшую на моём дне рождения.
Дети, внуки и муж  расположились у стены, в стороне от столов, на стульях. Пришла Любовь Тимофеевна Якунина. В половине пятого надо было начинать торжество. Чтобы не по-вторять того, что записано на кассете, можно добавить выступ-ления моё, Экрама, Бахыша и Любови Тимофеевны. Уже после выступления Галины Ивановны многие наши молодые поэты насупили носы.
А Галина Ивановна выписала из наших с Экрамом книг строки, рифмы, наиболее удачные метафоры и просила вслу-шаться в необычные строки, прочитав их при всех:
ВАЛЕНТИНА ЭФЕНДИЕВА
СТУПЕНИ К ХРАМУ – 2004
Дни рождений справляю в стихах…
«Дни рождений» 2003, с.10.
Стихов рассыпана сирень
Без робости и сожаленья…
«Сирень стихов» 2003, с.24.
Хочешь, плачь, в жилетку кайся,
Все не выплакать грехи.
Лучше в космос окунайся –
В мои тихие стихи
И в поэзию, как в космос,
Всяк неси свою суму!..
«Волны космоса» 2002, с.25.
Чаша счастья и горя разбилась,
Оставляя осколки в стихах!…
«Осколки строф» 2003, с.25.
Разложена душа моя
На верстаке стиха!..
«Причастие души» 2002,с.33.
Вновь светло и устало
Над строкою замру…
«Шальной ливень» 2002,с.41.
О, жизнь! – Времён ты колесница,
Зачем скрипишь на склоне лет?
Мне бы шампанским заискриться,
Пьянить стихами скучный свет!…
«Колесница жизни» 2002,с.42.
Можно нанизывать строки на строки
И от любви поостывшей замлеть.
Слушать хвалу и хулу, и упрёки,
И об ушедших мгновеньях жалеть…
Мир повернулся лицом к небосводу.
Ты это небо строфою раскрыл,
И, как творец, обретая свободу,
Стих взбудоражил шуршанием крыл…
«Шуршание крыл» 2002,с.53.
Пишется жизнь, как поэма.
Счастьем омыт каждый стих…
«Богема» 2002,с.66.
Как пальцы, свисают сосульки,
Чтоб каплями ринуться в стих…
«Весенние клады» 2002, с. 66.
Я сама стану солнечным морем,
Состоящим из нежных стихов…
«Волны души» 2002,с.84.
Может быть, я в любовном ознобе
Выну стих из футляра души…
«Осенняя серенада» 2003,с.99.
Но художницы пылкое Слово
Даже дьявол не смог оболгать…
«Раскаты грома» 2003,с.104.
Путь к Слову тернист и неровен…
«Верховный час» 2003,с.116.
И снова Слово жизнью одаряю
С суровым бытом в битве и в ладу…
«Пророк на проводе» 2003,с.140.
Я своё беспокойное Слово
Возложу на небесный алтарь…
«Основы высот» 2003,с.147.
Душа не пара седине,
А потому крылата Словом…
«Поэтический маяк», 2003, с.159.
Но стихов золотая капелла
Чёрных храмов прорвёт немоту…
«Золотая капелла» 2003,с.43.
Но гудят наших чувств провода
На строках мелодично, игриво!…
«Созвездие чувств» 2003,с.109.
Строит прекрасная дама
Дом. За строкою строку!
«Смех сквозь слёзы» 2002,с.23.
Доцент-филолог Галина Ивановна подсчитала и подчерк-нула, сколько раз у меня представлены в книгах слова «Я», «Слово» с большой буквы, сколько стихов о поэзии, о жизни, слово «Поэт» с большой буквы. К примеру, как употребляется существительное «СЛОВО»:
Попробуй Слово в злате вычекань,
Погаснут звёздные огни!
Страницы книги, как кирпичики –
И кровью склеены они…
«Вдохновлённая страница», 2004, с.20.
В начале было Слово, а идея
Включилась в жизнь, всему наперекор»…
«Во веки веков», 2005, с.24.
Так здравствуй и вечно царуй
Любви первозданное Слово…
«Духовный родник» 2005, с.35.
Я ж в ладонях несу своё Слово,
Чтобы выразить волю Творца…
«Подколодные творцы», 2004, с.37.
Слово взнесу на алтарь…
«Степная родня», 2004, с.93.
А жизнь продолжается в Слове...
« Доброе имя поэта», 2005, с.134.
Неопалимы жизни узы
Коль в мыслях зреет Слова суть…
2004,с.112.
Слово, Счастье и символ Господень
Я сумею в строфе передать…
«Благочестие», 2004,с.7.
Почувствовать Слово на вкус…
«Воскресший взгляд», 2004,с.60.
Я, страдая, любя и надеясь,
Отыщу свято Слово на дне!…
«Свет на дне», 2005,с.43-44.
И то, что я сейчас узнала –
Мною слегка стреножит прыть:
Под скальпелем трепещет Слово…
«Под наркозом», 2004, с.43.
Даже в самой гадючьей пустыне
Я всегда воспевала Добро!
«Подколодные творцы», 2004, с.37.
Хочу я рифмы вдаль расширить,
Пустив по ним духовный ток…
«В ожидании зимы», 2004, с.13-14.
И для меня всегда бумага
Была церковною иконой…
«Вселенский сон», 2005, с.42.
                        
Валентина Эфендиева пишет о Поэтах:
Я, как ПОЭТ и читатель,
Строю квартиру свою…
«Забытые адреса», 2003, с.4.
ПОЭТ убивает Дракона.
Взгляд – на Запад! Душа – на Восток!
«Виртуальный мир», 2003, с.17.
Я - ПОЭТ и нещадная пытка
Для несчастных сестриц-поэтесс!
«Напиток столетия», 2003, с.29.
Но кому-то дик и пресен
Безупречно-белый свет,
Оттого и интересен
Мир, где властвует ПОЭТ…
«Неовавилонский миф», 2002, с.36.
Уходят в нети слов аккорды,
Как в плавание корабли.
И лишь ПОЭТЫ смотрят гордо
В грядущее, как короли!
Чья Муза – резкий воздух горний,
Ведёт пером, словно веслом.
И каждый всплеск души, искони,
Волнует мир аккордом слов!…
«Уходят в нети», 2004, с.38.
Дух ПОЭТА ласкает и колется,
Словно роком заброшенный скит…
-Подражание Есенину –
«Горизонт души», 2003,с.40.
И душе ПОЭТА очарованной
Станет от любви невмоготу…
«Мадригал», 2003,с.51.
Чтоб по преданию зваться ПОЭТОМ,
Душу открой и не прячь под замок.
Встретив Судьбу, будь же истинным светом,
Светом тому, кто в пути изнемог…
«Шуршание крыл», 2002, с.53.
А ПОЭТ – это просто дитя,
Чья душа песнопевней свирели…
«Мудрое дитя», 2002, с.63.
Лес, как ПОЭТ, стихийно пишет
Замысловатые стихи…
«Зелёный поэт», 2003, с.76.
Поэт тем богат, что умеет,
Как зеркало, мир отражать…
«Молодое полесье», 2002, с.85.
Но на то душа дана ПОЭТУ,
Чтоб не сгинуть и не кануть в Лету.
Нам светиться в шелесте страниц…
«Шелесты страниц», 2002, с.90.
Поэт не дождётся улова,
Пока не сгорит на огне!…
«Верховный час»,2003, с.115.
Поэт, не верящий в исход,
Строчит про розы, про метели…
«В далёкой жизни», 2003, с.117.
Ангелы – те же ПОЭТЫ,
Им никогда не стареть!…
«Современные ангелы», 2002, с. 129.
Каждый век одичанье, погром,
А ПОЭТ остаётся безмолвным…
«Следы в Раю», 2002, с.131.
ПОЭТ – огнекипящий Логос,
А значит, спасена Эпоха!
«Новая эпоха», 2002, с. 154.
ИНТЕРЕСНЫЕ   РИФМЫ
Шамая – душа моя; колора – баркарола; кивера – школя-ра; панцырь – данцинг;
из торы – валторны; аккорды – гордо; иллюминистов – именитых; корсаром –Кассандры; в конюшне – бандюжит; ги-потенузой – законов узы; кристальны – фристайлы; ежи – ше-буршит; казацкая – цацкался; исповедальни – ставни; тоньше – компаньоншей; норовишь - нувориш (род.п. мн.ч.); льдин –латынь; целлофан – изъян; процокал – сокол; шатены –Эйнштейны; преходяще – пращур; преторианцы – ранцы; лати-ник –валентинок; сталактитами – налитыми; лицезреть – Цир-цей;
Зазеркалье – уникальны.
НЕОЛОГИЗМЫ:
Бесконечие, бесконечье;
роздымь; двуочие; сквожение;
чудесить.
ЭКРАМ МЕЛИКОВ «НАСТЕЖЬ»
СТИХИ О РОССИИ
Где-то цветёт РОССИЯ,
Раскинув поля, как руки.
Стр.221;
Я тщусь любимое забыть,
Но это глупо и неважно.
РОССИЯ! Родина, как быть,
Когда ты к сердцу приливаешь?
Стр. 222;
Родина в голубике,
Родина – резеда,
Ты мне дана без бирки
Ясно и навсегда.
Стр.222, 223;
У меня – одно сердце.
И РОССИЯ – одна!
Стр.224;
ИНТЕРЕСНЫЕ МЕТАФОРЫ
Красные брёвна заката
Свалены на траву
Неподражаемо. Как это?
Горящее небо во рву?
«В ожидании дождя», стр. 206;
На ладной фигуре бульвара
Скрипят портупеи тропинок.
«Поющие цветы», стр. 209;
У неба взгляд туманный,
Прогорклый,
Звёздами кепка луны залатана.
И горит на его холёном горле
Алый рубец заката.
В чашки туч подливает
Ночи нектар. И шею резонно
В бархат сумерек обвивает
Жёлтым шарфиком горизонт.
«Небо вечером», стр. 209;
 
Закат по шее неба горностаем
Расползся. Кожей блещет. Сны – пусты.
И парусники цаплями подбитыми
Вложили в воздух белые крыла.
Кипящей, пенистой лавы рывок
Терзает руками белого ветра
Потные клавиатуры нот.
«Видения неба», стр.210;
В глазах её рассыпана трава,
Примятая оградами ресничек.
И руки с белых плеч ручьями льются,
И шея брошью вынянчена в лоск.
И головы светящаяся люстра
Слепит глаза мне лампами волос
Прилипли к обескровленным щекам
Мои глаза – два леденца обсосанных.
«Белая граница лета», стр.206;
Трещат дождинок семечки колёные,
Весь в липкой шелухе апрель благой.
«Прохлада», стр. 207;
Ночь обнажилась предо мною
Веснушчатая, вся – загадка,
В рассохшемся корыте моря
Стирает полотно заката…
Луны крошащийся обмылок
Зажав в натруженной ладони
(Прачка, с.208).
Смотрю на рыжих юбках берегов
Сырые нити молодых осин.
(Фрагмент июня, с.212).
 
Волны водорослями сорили.
В них скифским курганом лежал закат
Краснобородый, как ассириец.
(Каспийское море в августе, с.228).
И половинка месяца медалью
Болтается у неба на груди.
(Салют, с.230).
Свисая люстрами с карнизов,
Звенят сосулек хрустали.
Легко обрывки сумрака листающий,
Зевает ветер, нагоняя сны,
Лежа на волн паласах шелестящих,
Укрывшись в одеяло тишины.
Суставами изржавленных гвоздей
Скрипят скамеек жёлтые скелеты.
(Огни бульвара, с.229).
Мой Каспий тычется о пристань
Своим прохладным языком.
(Град, с.230).
Пропитый ветер запахами колется
Об вечера синюшные цветы.
И волны переливчатыми кольцами
На голове у моря завиты.
(Пьяный, с.321).
Я, головы вращая колесо,
Гляжу с немою болью на асфальта
Изжеванное шинами лицо.
(Бульвар экзаменует, с.232).
 
ПОЭТ О СЕБЕ
Моя жизнь прекращаема?
Мне не боязно. Мне не боязно.
Добежав до полдневного Болдино,
Весь – прощайте!
Я волен быть собой.
Я плакать себя не заставлю,
Как некоторые, голося.
(Косое солнце, с.238).
Никуда от себя не убечь. И не
главный же я негодяй.
Я душе говорю: «Не убей! Не убей
себя никогда!»
Мои чувства, как очи людей,
что творят иной раз чудеса:
Они могут пылать, холодеть.
Холодеть – потому, исчезать.
(Гороскоп, с.245).
Пусть я не очень хороший,
Пусть я ужасно плохой.
(Духовная изнанка, с.223).
Глаза на личике – пара монет.
Молчи, моя лирика. Плохо мне.
Почему сравнение, не знаю сам.
Держу равнение на чудеса.
(Пустой бумажник, с.221).
Моя жизнь, словно вальдшнеп,
Пляшет, клювом слепя.
Я – не лысина Ваншенкин.
Я – убийца себя!
Я не вижу дороги,
Мне везде хорошо.
И душою дороден,
Не надумал ещё
Воспою человека.
Жизнь, как чудо, люблю,
Мир тревожный, как вены
И осин голытьбу!
(Жизнь, с.224-225).
Я догорел с остатком,
Как не корить.
Сколько ещё осталось
Сердце коптить.
Ничего, что дни, как обойма.
Ничего. Мне сегодня не больно.
(Жизнь – она жаровня, с.226).
Горя в любови и навете,
Я ощущаю – мне же - пасть!
Как у всякого на свете
Моя окончится судьба.
И не надо спрашивать
Облегчения. Взялся – иди.
Но душа, это так страшно,
Если она – ты.
(Взорванная, с.227).
Господь, помоги мне. Я очень устал.
Душе моей тяжко. Я, знаешь, не воин.
Но верить в хорошее не перестал.
Пусть жизнь атакует. Я сердцем спокоен.
Наверное, час испытаний настал,
И полдень судьбы человеческой зноен.
Я вырос в безбожии. Ныне же стал
Былинкой Твоей. Но Тебя недостоин.
(Былинка, с.219).
Я, устав от безумного скача,
Безуспешно пытаясь постичь
Силу Слова, упал. Неудача
Ухватила за крылышки дичь.
Сам в себе продолжающий рыться,
Сам себя до кровей иссеку.
Никуда мне от света не деться,
Потому, что он есть, что он был.
(Надежда, с.248).
Продержаться бы в жизни подольше
И не раскланяться.
Снег, затоптанный подошвами,
Под утро блестит глянцем.
В аду, где смола и сера,
Думать о снежном насте?
Раскрываю двери и окна своего сердца
Вам – настежь!
(Настежь, с.252).
ЖИЛ ПОЭТ
В северных столицах отдалённых
Жил поэт, блестящий, как наган.
Многих стихотворцев одарённых,
Много одаренней. Хулиган!
Пел поэт свежо и бесшабашно,
Только в строчки проникала грусть.
Он любил свою Россию страшно,
Знал её насквозь и наизусть!
Но когда глаза его сухие
Заливала тягостная муть,
Всё хотелось на груди России
Русому поэту отдохнуть.
Ветер разметал поблёкший волос.
Мёрзли над полями паруса.
А поэта чистый звонкий голос
Соколёнком рвался в небеса!
Жизнь шутить с поэтом не хотела.
И над сонным миром, жизнью над,
Взвился он в пространство без предела,
Перерезав вену, как канат.
Больно. Глаз сомкнувшиеся щели.
А душа? Что делать, с грешной, с ней?
Мне его последнее решенье
С каждым днём становится ясней.
1965-1995.
После выступления Галины Ивановны Лачин выступил резко, характеризуя Экрама, как человеконенавистника, срав-нивая его с выдающимися поэтами прошлых эпох.
Галина Ивановна, прочитав выдержки из стихотворений Экрама, объяснила, что она вначале его не принимала и только из четвёртой книги нашей поняла, что многое у него чисто внешнее, а в глубине души он похож на Есенина, хотя Есенин, по сути своей, слишком далёк от бакинского Екклезиаста. Вре-мя другое.
ПЕРВАЯ «ЛАСТОЧКА»
7 июля 2004 года. 25-го июня в газете «Вышка» вышла подборка стихов родниковцев и в самом конце Медина ханум, главный редактор, поздравила меня с юбилеем от вышкинцев и пожелала всех благ, напечатав стихотворение «Одна из мно-гих» с моей фотографией. Как было приятно!
В тот же день, вечером, я и Экрам встретились у 5-го подъезда Дома правительства, а немного позже подошёл Алек-сандр Раков. Нас пригласили в помещение кинематографии - на второй этаж Гасан Гулиев и Татаренко Виктор Титович. Первое заседание «Содружества» литераторов было решено организо-вать давно и, наконец, мы собрались. Это была вторая встреча в «Содружестве». Потом его переименовали в «Луч».
«ЛУЧ» В ДЕЙСТВИИ
Никто из приглашённых авторов не догадывался, кто там будет, и какие будут решаться вопросы. Я на всякий случай, зная, что тема коснётся России, взяла с собой последнюю кни-гу, где ей, милой и далёкой стране, посвящены стихи.
В фойе встретила  Гасана Гулиева. Поздоровавшись,  протянула ему книгу в подарок. Он с благодарностью её при-нял. Пришли Лиза Касумова, Севиндж Гейдарова, Станислав Савельев.
Алина Талыбова в то время  была занята в комнате, отве-дённой для нас. Я удивилась, что Севиндж заговорила со мной.  Передала ей почитать  газету «Вышка». Поговорили  о внуках и о поэзии, слегка касаясь и других тем.
Вошёл Виктор Титович. Я узнала в двух словах о том, как и когда он забрал мои книги в исполкоме и передал ли в по-сольство. Всё оказалось в порядке.
Пока мы ожидали приглашения в зал, где должен был со-стояться разговор об организации «Содружества». Нас пригла-сил Виктор Титович зайти в «комнату», отведённую для засе-дания. Когда я вошла, поразилась: вдоль стен стояли столы на-крытые столы к чаю, здесь же стояли тарелки с бутербродами  маленькими печеньями, и минеральная вода. С правой стороны стоял рояль. Видно, эта комната предназначена для небольших концертов. Прямо от входа, у окна, стоял большой стол. За ним расположились Гасан Гулиев, Виктор Титович Татаренко, Алина Талыбова и молодой парень, мне неизвестный. Виктор Титович рассказал, как и для чего организуется литературный салон под названием «Содружество». Идеи наметили большие: встречи с посольством, издание альманаха и организация по-мощи в издании книг поэтов, пишущих на русском языке, ко-торые уже известны у нас в Баку. Надеются на спонсоров, ко-торые помогут осуществить их замыслы. Выбрали председате-ля, секретаря, многие выступали с предложениями, на которые обращали особое внимание.
Кондиционеры, вмонтированные в окна, дули в спину Виктору Титовичу. Он пересел за наш столик.
Авторам предложили почитать свои стихи. Экрам вышел первым. Его стихи, как и сам Экрам, всегда производят впечат-ление на слушателей. Елизавета Касумова попросила посмот-реть нашу книгу, но из-за того, что желающих выступить было много, она так и не смогла толком этого сделать. Свои стихо-творения читали Станислав Савельев, Алина Талыбова, Алек-сандр Раков, Севиндж Гейдарова и Лиза Касумова.  В конце предложили выступить мне. Стихи о России произвели впеча-телние.
Две женщины сидели поодаль и о чём-то беседовали. Я  думала  что они новенькие члены объединения. Оказывается, одна из них актриса, ведущая программы «Ретро» (старинные фильмы), которая идет в три часа ночи. Она выступила со сло-вами: «Меня поразило, что есть ещё оптимисты, пишущие сти-хи на русском языке». Эта встреча произвела на неё прекрасное впечатление. Настроение было приподнятым, мы надеялись, что наши стихи увидят свет.
Не знаю, кто был автором статьи в газете «Новости Азер-байджана» за 29-ое июля, которую принёс показать Станислав Савельев, но в ней говорилось о наших встречах и перспекти-вах на будущее. Хотела найти газету, чтобы оставить себе на память, но, увы, не получилось. Слишком много времени про-шло с тех пор. Я хорошо понимала, что оставшиеся газеты дол-го не залёживаются в киосках, их сдают обратно.
В РАДИОСТУДИИ
30-го июня позвонила Земфира ханум и предложила вы-ступить мне и Экраму на радио. Второго июля мы с Экрамом направились в радиостудию. Иосиф Ткач ждал нас в фойе. Мы вместе поднялись по лестнице и прошли в помещение, где про-исходит запись.
И у меня, и у Земфиры в этот день часто происходили сбои. Пришлось несколько раз прерывать запись, но в целом она прошла успешно. На работе слушала передачу одна, тем более, что контингент мастеров у нас поменялся и мало кто по-нимал русский язык, чтобы слушать стихи.
Ко мне позвонил Рамиз Гейдар. Комплименты долго не заставили себя ждать. Он выразил свое восхищение и спросил, почему я не пригласила его на юбилей. Я ответила, что справ-ляла на работе. Звонил Экрам, он тоже слушал передачу. Зем-фира ханум сказала, что на радиопередачу поступил отклик из Славянского университета. Руководителям очень понравились наши стихи. Уже чуть позже позвонила домой Варвара Кон-стантиновна. После хвалебных слов она стала рассказывать, как в её время было много критиков, и что они играли опреде-лённую роль в жизни поэтов. Я ответила, что критиков и у ме-ня немало…
НОВЫЙ АЛЬМАНАХ «СОДРУЖЕСТВА»
6-го июля приготовила стихи для альманаха «Содружест-ва». Над альманахом работали Мансур Векилов и Марат Ша-фиев. Вышел пятый номер «Литературного Азербайджана», где были опубликованы и мои стихи.
Я нисколько не удивилась, что Мансур исправил мои сти-хи в журнале.
Когда я пришла в Союз писателей, в кабинете у Мансура сидел Эльдар Шарифов. Мансура ещё не было. Мы немного поговорили о том, о сём. Я подарила Эльдару свою книгу и ос-тавила у Мансура стихи для альманаха. Дожидаться Мансура я не стала, понимая его занятость. Кроме того, мне пора было идти на работу во вторую смену. Эльдар Шарифов вручил мне три журнала с моими стихами и спросил: «Почему не заходит Экрам?» Я ответила, что он заканчивает работу поздно, а уйти с работы не всегда получается.
Дома никого не интересовала публикация моих стихов в журнале. Только когда пришёл Экрам, он внимательно меня выслушал и сказал, что разницы между оригиналом и исправ-лениями Мансура в стихах почти нет.
«БОГАТСТВО ПОД НАЗВАНИЕМ ВОЛОСЫ»
Александра Михайловна Шипулина  пригласила меня на Пушкинский вечер, который состоится 10-го июля (в субботу) в шесть часов, в консерватории.  Обзвонила всех родниковцев. Мне же придётся уйти с работы пораньше, чтобы не опоздать самой.
Вчера был звонок из Сумы. Мама жаловалась на боли от камней в жёлчном пузыре. Она собирается ложиться в больни-цу. Я очень волнуюсь за неё. Ведь я знаю, что такое боли, сама испытала…
Приготовила дискету с записями о парикмахерском ис-кусстве. Надо передать Медине ханум.
19 июля 2004 года. Девятого июля в газете «Вышка» вы-шла моя статья «Богатство под названием волосы». Это я изме-нила свою фамилию, написав сокращённо Валентина Эф. Но получилось так: кто знал, что я дамский мастер, догадался. Первой сказала мне об этом воспитательница детского сада Лидия Алексеевна, которая воспитывала моих детей, когда они были маленькими.
Во вторник (13-го) я отнесла дискету Медине ханум с но-вой темой: «Лечение волос», а 16-го июля (в пятницу) статья вышла. Показала ее на работе. Кроме косметолога Ларисы ни-кто не читал. Вот тебе и мастера, их ничего не интересует.
НЕОЖИДАННЫЙ ЗВОНОК
Пятнадцатого июля позвонила Светлана Воля. Я удиви-лась. Оказывается, она никуда не уезжала, а её соседка почему-то сообщила мне по телефону, что она уехала из Баку. И ещё она сообщила, что поменяла номер телефона. Я спросила на-счёт обещанной ею книги, сохранилась ли она для меня. Узнав, что книга меня ждёт, я договорилась встретиться с ней во вторник 21-го июля.
16-го, в пятницу, вышла моя вторая статья в газете «Вышка», но в сокращённом виде.
СНОВА В ГОСТЯХ
17-го мы были приглашены в гости к Раисе и Лёве Ка-лашниковым. Экрам объяснил, что придёт с работы попозже, а я с мужем направилась к ним в четвёртом часу дня, после рабо-ты. На балконе они накрыли стол. Пока Экрама не было, мы переговорили с Раисой о многом, в частности о последних но-востях.
Вскоре пришёл Экрам. Лёва стал быстро накрывать на стол. После взбудораженных приветствий и кратких сведений о семейных проблемах разговор за столом перешёл на поэзию. Лёва, молодец, всегда поддерживает присутствующих приба-утками и анекдотами, за компанию. Нураддина больше увлека-ет тема рыбалки. Тут ему собеседником тоже является Лёва. Оба так увлекаются, что мы с Раисой переглядываемся, но не прерываем их разговор на любимую тему. Так как мы за сто-лом обычно читаем свои стихи, я и Раиса не отказались от же-лания поделиться своим творчеством. Тема касалась и детей, и наших внуков. Так незаметно прошло время, и мы с Нурадди-ном и Экрамом стали прощаться. Лёва решил проводить нас до остановки. Выйдя из подъезда, мы увидели, как за небольшим столиком собрались мужчины, они играли в домино. Среди них я узнала директора издательства «Гянджлик» Алиджана Таргу-лу оглы Алиева. Он встал и вышел к нам навстречу. Мы лю-безно обменялись добрыми словами. Я смотрела на него и удивлялась, сколько оптимизма и культуры в его возрасте!
С Лёвой попрощались тут же у подъезда, убедив его ос-таться и поговорить с соседями.
ВЕСТИ ОТ НАДЕЖДЫ
Восемнадцатого июля позвонил младший сын Надежды Давришевой. Я сразу догадалась, почему от неё долго не было звонка и письма. Видимо, она ждала, когда сын соберётся по-ехать в Баку, чтобы передать в подарок сборник поэзии Вяче-слава Иванова в честь моего юбилея. Мы договорились встре-титься через день на автобусной остановке около кукольного театра. Там же предстояла у меня встреча со Светланой Воля.
На следующее утро (21-го пошёл дождь), я всё боялась промокнуть, но к обеду он прекратился. Выйдя с работы по-раньше, чтобы успеть до четырёх часов, передать дискету по окраске волос, я поехала в редакцию. Эльмира ханум приняла от меня эту дискету.
Выходя из кабинета, в коридоре встретилась с женщиной, которая показалась мне знакомой, только потом я вспомнила, что она – журналистка и работает в этом же издательстве. Она меня просто огорошила тем, что, улыбаясь, стала на ходу спрашивать о своих волосах, какая стрижка ей подойдёт. Я до-гадалась, что она читала мою статью и спросила, какую бы стрижку она хотела. «Я раньше носила волосы под «каре», а теперь они короткие». Я ей в ответ: «Предстоит переломный момент, надо подождать, когда они вырастут, а этого ждать до-вольно долго». Улыбаясь, мы разошлись в разные стороны.
Оставалось немного свободного времени до встречи со Светланой, и я решила зайти на работу к Экраму. Ему переда-ли, как он рассказал, что его ждёт женщина, похожая на при-балтийку. Экрам шёл навстречу, улыбаясь.  Подумала: с чего бы это? А он отвечает: «Тебя приняли за женщину из Прибал-тики». Он подписался на двух наших книгах для передачи Светлане и Надежде Давришевой. Затем отпросился с работы, и мы прошлись к бульвару, чтобы полчаса отдохнуть на ска-мейке, ведь до назначенной встречи надо было использовать оставшееся время.
ПРИЯТНЫЕ ВСТРЕЧИ
Смотрю, идёт Светлана Воля и разговаривает с кем-то на ходу по мобильнику. Экрам к этому времени возвратился на работу. Я поздоровалась с ней и сообщила, что у меня назначе-на ещё одна встреча здесь же. Мы присели на свободную ска-мейку на остановке. Светлана надписала мне с Экрамом на па-мять свой сборник. И я подарила ей нашу книгу и передала две книги для распространения за границей.
Вскоре заметила парня, который смотрел на часы. Дога-давшись, что этот парень может быть сыном Надежды Даври-шевой, я пошла ему навстречу и не ошиблась, он оказался тем, кого я ждала. Мы вернулись к Свете, и я представила их друг другу. Он передал небольшую книжечку в твёрдом переплёте Вячеслава Иванова – лирика. Сверху её обрамляла супероб-ложка, с которой крупным планом смотрела на меня женщина со средневековой картины. Художника я не знаю. Кто пред-ставлен на картине, я пока не выяснила.
Приготовленное мною письмо в большом конверте, где я еле разместила свою с Экрамом книгу, и миниатюрную карти-ну в рамочке с изображением невысоких гор,  передала моло-дому человеку. Поблагодарив меня,  ушёл по своим делам, а я осталась со Светланой. Она показала мне приглашение на от-чётное собрание «Содружества» по поводу поэтического кон-курса. Я тогда ещё не знала, что Светлана сдавала свои стихи на конкурс. Она об этом сообщила буквально на днях, когда, позвонив, с восторгом сообщила, что прочла мою книгу, кото-рая привела её в полное восхищение. Ей очень понравилось стихотворение о театре, посвящённое Иосифу Ткачу. «Ну и, слава Богу!», – подумала я. А пока я предложила ей поесть мо-роженого. Мы прошли в кафе, сели за столик. Но тут позвонил её муж и попросил не задерживаться. Она заторопилась, и мы разошлись.
РАДОСТНЫЕ ЗВОНКИ
Мне было очень любопытно, так и хотелось позвонить Михаилу Константиновичу Болотникову, чтобы узнать, когда состоится конкурс. Но я сдержала себя, не хотела быть назой-ливой. Позвонил сам Михаил Константинович, приглашая на вечер, где будут награждать победителей конкурса. «Содруже-ство» выпустило альманах. По идее там должны быть напеча-таны стихи мои и Экрама. Я знала, что Раиса Калашникова в последний момент тоже сдала свои стихи на конкурс. Поэтому я ей позвонила и сообщила радостную весть.
На следующей неделе, в три часа дня будет награждение победителей в помещении ВММ, где Виктор Титович Татарен-ко  обычно проводил конференции.
22-го числа, к вечеру, позвонила племянница из Герма-нии. Дважды она не застаёт Сабину дома. Так что пришлось немного с ней посекретничать.
Сегодня придёт Экрам. Я успела написать два стихотво-рения. Одно - посвящение Людмиле, моей племяннице, которая обижается, что я ей ничего не посвятила, хотя она в невырази-мом восторге говорила, что моя книга «Ступени к Храму» её поразила. Ещё прочитала мне своё неоконченное стихотворе-ние, где говорилось о моей поэзии.
ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ ВЕЧЕР ПОЭЗИИ
Алые атомы зёрен,
во тьму заточённое племя…
Близится осень,
близится время
брызнуть солнечной кровью,
сквозь которое светится семя!
«Гранат». Мансур Векилов
Вчера, 27-го июля, по приглашению Михаила Константи-новича Болотникова я направилась  в ВММ, где должен был состояться заключительный вечер поэзии и прозы. Мы догово-рились встретиться с Раисой Калашниковой и её мужем в зда-нии. Но Раиса не пришла из-за внука. Лёва решил дождаться результата. Людмила его встретила на улице, и мы вместе прошли в конференц-зал. Заняв у большого круглого стола места для нашей компании, я вышла на улицу встретить Экра-ма. Он не знал, где находится ВММ (Международный Пресс-Центр). Пока поднималась наверх и спускалась вниз по лест-нице, встретила сначала Болотникова, потом Татьяну Алексе-евну. На вопрос, получу ли я сегодня книгу, она ответила, что-бы я подошла после окончания вечера, и получила книгу.
На улице  встретила Светлану Воля, она шла мне на-встречу, улыбаясь. Пришёл Мансур со своей подругой. Поя-вился Экрам, и я провела его в зал. Собралось много людей - участников конкурса и приглашённых гостей. Чингиз Абдулла-ев, Житников из посольства, поэты и прозаики, Эльмира Ахун-дова, журналисты, фотографы и люди, пишущие стихи и прозу, а так же знакомые из общества «Содружество», были родни-ковцы и хазаровцы.
За столом я передала Светлане Воля посвященное ей сти-хотворение, пояснив, что оно создано под впечатлением от её книги «Счастье лицедейства – театр абсурда».
После вступительных речей Болотникова и Татьяны Алексеевны, Мансур поздравил всех с праздником поэзии. Он говорил о прозаиках и поэтах, которые печатаются в его жур-нале, и являются одновременно участниками данного конкурса. Ведущая, молодая девушка, отчётливым громким голосом на-зывала имена победителей конкурса. Правда, Светлана Воля возмутилась, что говорит она неправильно, ставя ударения не там, где нужно, и к тому же неграмотно выражает свои мысли.
Сначала награждали школьников. Среди них была и внучка Светланы Воля, она получила подарок и грамоту. На-граждали и самых пожилых, кому за семьдесят лет и больше. Из родниковцев призы получили Геннадий Салаев (но его не было в зале), Заур Мехтиев, Александр Раков, за которых мы все радовались от души.
Как я поняла из выступления Мансура Векилова и заклю-чительного слова М. К. Болотникова, книга, вышедшая под эгидой «Содружества», вместила в себя авторов разных нацио-нальностей из разных регионов Азербайджана.
В фойе нас пригласили на чай и кофе. Мы с удовольстви-ем попробовали печёные изделия и напитки. К нам подошёл Ибрагим – бард из Центра Русской Культуры. Экрам начал с ним пикироваться, правда, в шуточной форме.
Увидела Яну и Лачина. Она подарила мне и Экраму
обещанную книгу, где объединила своё творчество с творчест-вом Лачина, под одним переплётом, как я с Экрамом в своих книгах. Дома я просмотрела книгу и увидела, что в ней больше прозы, чем поэзии.
ПОЭТИЧЕСКИЕ НОВОСТИ
Конец июля 2004 года. Состоялось очередное занятие «Родника». Правда, пришли десять человек, не больше, но за-нятие было насыщенным. В тот день в газете  «Вышка» вышла небольшая подборка родниковцев, а в «Нашем веке» – большая статья о конкурсе поэзии, который прошёл в «Содружестве». И самое приятное – это фотография трех молодых участников конкурса. Среди них родниковец Заур Мехтиев, хотя его стихи и не вошли в сборник «Содружество». А вечером меня по те-лефону пригласил Михаил Константинович  прийти в «Содру-жество» и получить сборник, о котором так много говорилось.
30 июля 2004 года я ушла пораньше с работы, чтобы за-ехать в «Содружество» и получить книги для себя и Экрама. В зале заседало какое-то общество. Михаил Константинович на-ходился в кабинете. Он передал мне две книги, как обещал. Поблагодарив за приятный сюрприз, я предложила ему зво-нить, если понадоблюсь. Он ответил улыбаясь: «Куда денетесь, ведь вы наша постоянная участница». Его добродушная улыбка так облагораживала душу, что хотелось ответить ему приятным словом, но я ничего не сказала. На улице, у входа, я дождалась Экрама, вручила ему книгу и попросила его поблагодарить Бо-лотникова. Подошли еще несколько человек - кто из «Родни-ка», кто из «Хазара», а то и просто знакомые люди. Экрам, я и Станислав Савельев решили зайти в церковь. Там были покра-шены полы, но оставлен проход ко второй половине храма. Эк-рам присел на скамью, что служила границей покрашенного пола. Поставив свечки перед иконами Божьей Матери и Нико-лая Чудотворца, мы вышли из храма, и направились к морю. Шли спокойно, не торопясь, беседуя на разные темы. Так, мы дошли до автобусной остановки около подземного перехода. Экрам направился через подземный переход на противополож-ную сторону, к своей остановке, а я села на свой автобус. На-строение было небесное оттого, что погода была потрясающая. Это соответствовало прекрасным ощущениям и погружало в мир грёз.
Звонила Раиса Калашникова, чтобы поделиться новостью: её стихи взял Мансур для публикации в журнал «Литератур-ный Азербайджан». Ну что ж, можно за неё порадоваться!
Больше всего меня поразил звонок Рафика Миркина - Ни-колая Борисовича Хатунцева парализовало, и он попросил меня найти несколько крепких мужчин, чтобы его приподнимали, когда надо менять постельное бельё. Сам Миркин этого не мо-жет из-за слабого здоровья.
НАЧАЛО КОНЦА
Мы поехали к Николаю Борисовичу. По телефону я по-просила оставить двери открытыми. Мы вошли в квартиру. На кровати лежал Николай Борисович, почти голый, укрытый про-стынёй. Он узнал меня, когда я подошла к нему поближе. Я спросила, как он себя чувствует, и объяснила, что пришла с мужем и Экрамом.
Говорил он очень тихо, его еле было слышно. Вскоре по-дошёл сосед Толик. Хорошо, что я купила по дороге курицу. В доме у него ничего не было, кроме грязной посуды. Пришлось отправить Нураддина в магазин за картошкой, луком, морко-вью, а сама занялась посудой. Экрам сел около Николая Бори-совича и спросил, хочет ли он жить. Больной немедленно отве-тил: «Очень!».
Я объяснила Экраму, что каждый человек цепляется за жизнь, как бы плохо ему ни было. Вскоре пришёл с продукта-ми Нураддин. Я почистила плиту и чайник, поставила варить половину курочки, а вторую половину положила в пустой хо-лодильник. Когда суп был почти готов, я спросила Николая Бо-рисовича, хочет ли он есть. Он с улыбкой согласился. Мужчи-ны приподняли его немного, подложив под спину несколько подушек, Николай Борисович причмокивал суп, как бы смакуя каждую ложку. Я его кормила из ложечки. Он немного сму-щался, благодарил за чуткое внимание к нему, ел и улыбался, как ребёнок. Потом начал бубнить что-то нечленораздельное. Толик, как бы перевёл его лепет, что он благодарит нас.
Позвонила сиделка и обещала, что скоро придёт, но так и не пришла, пока мы были у больного. По телефону говорил со мной Рафик Миркин и как бы отчитался передо мной, что врач придёт через два дня, потому что она сама заболела ангиной. Потом долго объяснял, что хлопочет о лекарствах. Я сказала, что принесла ему в подарок нашу с Экрамом книгу «Ступени к Храму», как обещала. Чему очень обрадовался и попросил пе-редать через соседа Толика. Толик рассказал, что Николай Бо-рисович приготовил свою последнюю книгу и, что она уже в типографии (пройдут годы, но никто так и не опубликует её).
Успокоив больного тем, что мы к нему ещё придём, по-прощались и вышли во двор. Я немного опаздывала к Варваре Константиновне, которой обещала подарить наши книги. Ну-раддин поехал домой, а мы с Экрамом направились к поэтессе.
Варвара Константиновна извинилась, что одета по-домашнему. Но когда взяла в руки нашу книгу, объяснила, что надо выпускать тоненькие книги, а то ей трудно читать тол-стую. Я промолчала. Потом она советовала  мне, о чём надо писать - о Карабахе, о жизни людей. На следующий день по-этесса сама позвонила, что прочла всю книгу. Я удивилась, ведь ещё вчера она сетовала на объём книги. Но Варя ответила, что ей очень понравились мои стихи, особенно библейские, и убеждена, что я хорошо знаю Библию, хотя я знаю её поверх-ностно. Мы поговорили ещё о поэзии и поэтах.
ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ
23-го августа звонила Н.Б.Хатунцеву, где-то в двенадца-том часу. Долго не отвечали, потом Татьяна взяла трубку и со-общила , что три дня наш больной сильно температурит. Ему поставили систему, сейчас он спит.  Обещала ещё позвонить.
В три часа я закончила работу и вернулась домой. В это время позвонил Рафик Миркин и сообщил, что сегодня, 23-го августа, в час дня скончался Николай Борисович. Я была в шо-ке. Похороны назначены на следующий день, но время ещё не определили. Тут же я стала трезвонить всем, кто знал Николая Борисовича Хатунцева. Оказывается, Бахыш находился около больного, когда он умер во сне. К шести часам мы с Экрамом были у покойного дома. Хотя двери и окна квартиры были от-крыты, пахло формалином. Мы вышли на маленький балкон, где 6-7 человек уже и так еле разместились, кто на стульчике, кто стоя. В последние дни стояла сильная жара – до 35-40 гра-дусов в тени.
Много было разговоров о том, кто смотрел за больным, как он умер, о сиделке, которая исчезла, когда была нужна, а теперь пришла требовать квартиру, как будто она была его же-ной.
Стали распределять нагрузки, кому что делать. Я взяла на себя обязанность приготовить столичный салат. Лиля Оз, Тать-яна Мехтиева и Галина Бабаева – вот три женщины, которые несли нагрузки по поминальному обряду: кому горячие блюда готовить, кому холодные. Бахыш уже договорился насчёт уча-стка на кладбище, где предстоит вечно покоиться Николаю Бо-рисовичу. Толик, Бахыш и Рафик Миркин оформляли докумен-ты, необходимые в данном случае. Занимались машиной, по-купками продуктов и т.д.
ПРОЩАНИЕ С ТЕЛОМ
Привезли гроб. Мужчины приподняли тело и уложили в него покойника. Накрыли белой простынёй-«саваном», а по-верх - ажурной белой накидкой. Из квартиры уже стали выно-сить потихоньку все, кто что мог.
Пришел Иосиф Ткач. Похоронили Н.Б.Хатунцева с по-честями, как могли. Людей было много. Пришлось в два приё-ма усаживать за поминальные столы пришедших на похороны. Многие выступили с последним словом в адрес покойного. Прочитали стихи Людмила Дудко, Экрам. Уставшая помогла вымыть посуду. Видя, что силы мои на исходе, я попросила Экрама проводить меня до автобусной остановки.
                        
ПРОПУСК  НА  «РОДНИК»
Сегодня, 25-го августа, моему внуку исполняется восемь лет. Утром я поздравила дочку, деда и внука с прекрасным днём. Дома готовились к вечеру тщательно. Вкусные блюда манили своими ароматами. Но я так устала, что думала: упаду!
А 28-го (в последнюю пятницу) я пораньше вышла из дома, чтобы сделать пропуск для родниковцев. Почему-то чувствовала, что не всё в порядке. И действительно, пропуск в проходную для полиции не поступил. Меня пропустили, чтобы я выяснила при-чину. В этот день пришла Медина ханум. Через неё пробила про-пуск…. Через полчаса все вошли в конференц-зал.
Медина ханум заглянула в зал и удивилась, что он почти полон. Занятия прошли очень активно.
А СУДЬ И КТО?
ОСТРЫЕ УГЛЫ
«Устраиваясь и твердея от времени,
связи превращаются в нравы и обычаи».
В.О.Ключевский
27-го августа, в пятницу, состоялось заседание «Родни-ка». Людей было немного, но своим приходом удивил всех Теймур Гылманов. По сравнению с тем, каким он был в Союзе писателей, - небритый, худой, с палочкой, теперь он поправил-ся, но остался таким же, как прежде. Теймур попросил у меня последнюю нашу книгу, и поинтересовалась, как ему понрави-лись мое стихотворение в подборке родниковцев в «Вышке» за 27 августа и статья Медины ханум о Н. Б. Хатунцеве.
Хорошая получилась статья. Он ответил: «Ничего, но мне больше понравились стихотворения Экрама и Заура Мехтие-ва».
На занятия пришли Заур Мехтиев и Светлана Сыромят-никова, Нина Ивановна и Станислав Савельев. Раков позвонил Экраму, что заболел и не придёт. Пришёл новый товарищ - На-мик Джафаров. На этот раз он принёс с собою фантастический рассказ.
Я удивилась звонку Савельева, который хотел узнать, слушала ли я передачу о смерти Хатунцева. Честно, я забыла, но сказала, что была занята. Зато завтра будет выступать Ман-сур, он сам просил передать всем. Тема передачи – поэтиче-ский конкурс в «Содружестве». Постараюсь не забыть.
ТРАГЕДИЯ В БЕСЛАНЕ
Когда пришёл Экрам, у меня в гостях была подруга с ра-боты, Лариса, я пригласила её на борщ. Но когда стала накры-вать на стол, вдруг увидела, как по телевизору сообщили о со-бытии, которое потрясло весь мир. Я была в шоке: в Беслане первого сентября бандиты захватили школу во время торжест-венной церемонии, и загнали большую часть детей в здание…. Об этом писали и говорили всюду.
Тревожные дни оставили о себе тяжёлые воспоминания. Весь мир осуждал террористов.
Очень много детей погибло …. Я сама ходила в тревоге за происходящее.
Лариса ушла и я рассказала Экраму, что предстоит вечер Мансура. То, что он не пойдёт на этот вечер, было и так ясно, но он возмущался: почему хочу идти я? Я объяснила: «Значит, я должна отойти от всего мира, как ты, и отречься от литерату-ры?»
Прошло немного времени, он изменил свой взгляд на мою позицию, и промолвил: «Да, я знаю, ты любишь людей, мо-жешь идти к Мансуру – это твоё дело». Я удивилась его пере-мене, но ответила: «Я ещё не решила сама, пойду или нет».
ПРИОРИТЕТ ОТДАЮ ПОЭЗИИ
Много было противоречий в моей душе. Взвешивала и добрые, и язвительные отношения ко мне. Я просто перестала верить в искренность людей. Но никто не разведёт мосты доб-рых отношений между мной и Экрамом. Об этом мы договори-лись с самого начала, когда я почувствовала завистливые взгляды многих знакомых в нашу сторону.
6 сентября 2004 года. Вчера состоялся творческий вечер Мансура Векилова. Ещё утром ко мне на работу позвонил Эк-рам. Я поспорила с ним, когда он спросил: «Ходила ли я на этот вечер?» Я стала обвинять его в том, что он много выступа-ет против несправедливости, ведь надо где-то и промолчать, и резко оборвала разговор по телефону и дала отбой ему в ухо. Как он злится, когда я так поступаю! Мне уже было всё равно: позвонит он или нет.
Прошло минут пять, позвонил. Я тоже тон голоса снизи-ла. Он ещё немного меня успокоил, что я могу идти куда хочу, общаться с людьми и так далее. С ним договорилась встретить-ся во вторник.
Выйдя с работы пораньше, я направилась к автобусной остановке. Долго автобуса не было, потом подошел, и я доеха-ла до вокзала. 45 минут было в запасе. Ходить по магазинам – не было денег. Тогда я прошла к скверу около главного управ-ления железной дороги. Увидев свободную скамейку, решила немного отдохнуть. Вдруг вижу с противоположной стороны, видимо из Еврейского центра, идёт Иосиф Ткач. Оказывается, он вышел встречать гостей. Мы вдвоём присели на скамейку. Стали собираться знакомые. Геннадий Салаев уже был на мес-те, около кассы аэропорта. Поодаль стояли Галина Бабаева с мужем, с ними Ирина Черняева.
Сергей Шаулов с женой стояли в стороне, делая вид, что меня не знают. Подошёл Сиявуш Мамедзаде, поздоровался со всеми, вскоре явился Мансур с Инессой Ловковой.
Подошла к нам Алина Талыбова. Постояв немного, дос-тала из сумки мои с Экрамом фотографии и стихи. Потом пе-редала газету, сказав, что газет мало и предназначены они тем, кто сдавал стихи во время заседания «Содружества» у В. Т. Та-таренко. Мы ещё поговорили немного. Остальные явились чуть позже. Когда настало нужное время, решили направиться в об-щину. Поднялись на третий этаж.
Новое здание, видимо, было построено недавно. Это чув-ствовалось по идеальной чистоте и новым стульям. Стены ещё дышали сыростью. Сцена без занавесей. Где-то застрял Иосиф. Наверно не пропускали гостей, и он пошёл их встречать. Вско-ре появились барды из ЦРК Георгий Черногоров и Ибрагим Имамалиев. С ними Михаил Константинович Болотников, Татьяна Алексеевна Керимова и ещё несколько человек.
Мансур сел за большой стол перед зрителями и начал свой вечер. Он читал свои стихи, старался немного шутить. А гости ещё аплодировали ему в честь его дня рождения. Надо отметить, что весь вечер прошёл в раскрепощённой обстанов-ке.
Иосиф читал стихи Мансура. Выступила Галина Бабаева, поздравила его с днём рождения.  Сергей Аранович с мамой вышли на сцену с гитарой. Маму его я видела впервые. Она предложила спеть вместе с сыном. Пели на русском языке пес-ню о евреях. Потом выступили Георгий с Ибрагимом с песнями под гитару. Дальше продолжил читать своё стихотворение о любви к Родине, сам Мансур. Все, находящиеся в зале, аплоди-ровали после каждого его выступления. Выступила Севиндж. Она спросила, буду ли выступать я – я ответила отрицательно. Ещё выступила Светлана Владимировна Курочкина. Она стала анализировать происходящее на вечере и самого поэта. Гово-рила с особым чувством о Мансуре, вычитывала четверости-шия его, сравнивая с другими поэтами прошлых веков. Она так же коснулась творчества Сергея Шаулова, прочтя его четверо-стишие, перекликающееся со стихом, написанным одной 15-летней девочкой в одно время с ним. Выступила Лиля Оз. Она сказала, что уважение её к Мансуру становится горячее день ото дня. Я не выдержала и громко бросила реплику: скоро за-кипишь! Все стали добродушно смеяться.
Вскоре творческий вечер закончился. Я подошла Алине и переспросила, что она сказала насчёт газеты, когда она переда-вала наши фотографии. Она обещала достать ещё одну газету для Экрама.
Хотела сесть и написать стихотворение, но по телевизору началась передача о погибших в Беслане детях. И у меня поя-вилось желание написать о детях. Сколько горя принесла тра-гедия в Беслане людям! Я представила, как горько ещё будут оплакивать родные и близкие детей и взрослых.
 
ЗАКОНЫ ИСТОРИИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА
ПОКАЗАТЕЛЬНЫ ДЛЯ ПОТОМКОВ
Шестого сентября я написала стихотворение «Тучи над Бесланом», вся под впечатлением недавней трагедии. Сколько боли претерпели люди! В каждом человеке отразилась скорбь. Видя по телевизору, как люди в разных странах и городах воз-лагают цветы у постаментов и устраивают митинги, а я возму-тилась, почему у нас в Баку тишина?
Стала звонить в «Содружество», а там всё время занято. Я позвонила Алине Талыбовой, и она обещала позвонить по сво-им каналам и узнать, что предпринимается у нас в Баку в тра-урные для России дни. Вскоре раздался звонок. Звонила Алина, сказала, что занята, не сможет пойти 7-го числа в Российское посольство, где собираются члены «Содружества» во главе с М. К. Болотниковым.
Седьмого сентября я работала в первую смену, но всё равно решила пойти на встречу с коллективом. К половине первого я с мужем пришли в назначенное место. Погода после дождя была влажная и прохладная. Небо местами глядело хму-ро, как будто вот-вот заплачет вместе с нами в память о погиб-ших. С разных сторон собирались люди.
Много было знакомых лиц. Ровно в половине первого все направились к посольству.
У входа дежурил один из сотрудников. Он впускал, но не каждого. Недалеко у входа было отведено место под навесом, где люди возлагали цветы. На стене было прикреплено обра-щение Путина к народам мира.
Мы все возложили свои цветы. Потом нас пригласили зайти во внутрь здания. На первом этаже отвели небольшую комнату, на столике, в углу, лежала тетрадь для записей.
Михаил Константинович предложил мне переписать в эту книгу моё стихотворение, что я и сделала. Выйдя в фойе из комнаты, мы собрались в круг. Я прочла своё стихотворение.
ТУЧИ НАД БЕСЛАНОМ
Играя в грязную войну,
Глядит угрюмо куча мрази,
Взяв на прицел святейший праздник –
Вспять стрелки счастья повернуть.
А был рассветно светел день.
Как он играл в глазах лучистых!
И освещал всем путь лучинкой.
Погас. Повсюду смерти тень.
Безжалостна рука врага –
Сгрудились тучи над Бесланом:
В стон превратился город славный,
А в плач – небесные врата.
Под мёртвым взглядом стыла Жизнь,
Притихла в ужасе и страхе,
Она уже лежит на плахе
При фотовспышках сотен линз.
Под маской бродит злобы смерч,
Пуская в цель заряд свинцовый.
Кровь пролилась рекой пунцовой,
Касаясь тихих звёздных свеч.
У боли нет границ и сна
И не кончается «вендетта»…
Пусть память горькая темна,
В ней отблеск жизненного Света!
6.9.2004г.
Минута молчания… и мы все вышли из здания. Ещё не-много постояли, а люди продолжали подходить и возлагать свои цветы у памятной стены. Потом я с мужем направилась к автобусной остановке.
Экрам пришёл ко мне домой в шестом часу вечера. Я ему рассказала, как прошёл вечер и поход к «вратам» посольства. Во время разговора Экрам заявил, что не хочет вести «Родник», придётся звонить Медине в редакцию. Сегодня в газете «Выш-ка» вышло стихотворение Варвары Константиновой.
19 сентября 2004 года. Пока стихи родниковцев не вышли в газете «Наш Век», да и новостей, за прошедшие дни особых нет, если не считать того, что я с Экрамом долго и серьёзно бе-седовала насчёт «Родника». Всё уговаривала его продолжать вести объединение, но он наотрез отказался. Я поняла, что он стоит на своём, и его нельзя переубедить. Стараюсь противо-стоять его мировоззрению, а иногда соглашаюсь с ним, потому что он бывает прав так, что диву даёшься. Просто он ушёл в себя. Его семья и я, вот два фактора, которые его держат в этом мире. Он продолжает приходить ко мне такой же вниматель-ный, как будто с ним ничего не происходит.
Звонила Медине ханум в «Вышку», предупредила, что Экрам не может вести «Родник» Сначала она забеспокоилась: «Что, не отпускают с работы?» и решила перенести день заня-тий на субботу. Я за эту мысль ухватилась и в следующий раз попросила: «Пусть останется суббота для занятий. Будет боль-ше приходить людей». Она попросила меня вести «Родник». Сначала я смутилась, а потом согласилась.
В «Вышке» вышло объявление, что «Родник» состоится 25-го, в субботу. Пришлось обзвонить многих.
ЗАМАНЧИВОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
2 октября 2004 года. За прошедший период времени про-изошло несколько событий: на первое заседание «Родника», который мне предложила вести Медина ханум, пришли десять человек. Так как Савельев выступал на радио, он решил дома послушать свою передачу.
Я сделала из этого вывод: надо достать маленький приём-ник, что я и сделала, чтобы на следующих занятиях слушать всем вместе литературную передачу, которую ведёт Земфира Шейхзаманова.
К моему удивлению, пришли Энар Гаджиев и Теймур Гылманов, кроме тех, кто постоянно ходит на занятия. Энар показал журнал, выпущенный в Москве под названием «Вос-точная коллекция», где были опубликованы его переводы из Корана. Теймур подарил мне свою вторую книгу и обещал по-дарить в следующий раз первую, в обмен на мою четвёртую книгу.
Я сидела за столом, где обычно сидели руководители «Родника». Читали свои произведения почти все. Я дала воз-можность присутствующим разбирать каждому стихи, которые будут прочитаны. Мне понравилось, как активно, даже со спо-ром происходит диспут между членами «Родника».
Читал Заур Мехтиев. Когда я взяла у него листок для пуб-ликации и прочла его стихотворение, нашла неточности. Обра-тилась в зал, чтобы послушали внимательно, что написал Заур. Я спросила всех: как думают они, но Заур стал возражать, что он так специально написал, хотя я объяснила: «Если идут не-рифмованные стихи, т.е. строки белым стихом, надо так же продолжать писать, а не мешать четверостишия, где в одном стихотворении рифмованные строфы с нерифмованными. Предложила выпустить к весне альманах, сделать несколько походов в школы с выступлениями и обещала достать приём-ник.
Скоро у Сергея Стукалова день рождения и я предложила ему и Александру Ракову выступить на радио, о чём поспроси-ла Земфиру ханум.
Как-то попала на совещание в ЦРК по приглашению Лю-бови Тимофеевны Якуниной и встретила там знакомых. Каж-дого члена «Родника» в течение года я поздравляла с днём ро-ждения через газету «Вышка». Большинство поздравлений вышли с фотографиями.
РОДНОЙ «РОДНИК»
3 октября 2004 года. Тридцатого числа я провела «Род-ник». Савельев Станислав, Теймур Гылманов и Энар Гаджиев не пришли на занятие по не известным мне причинам. Пришла моя подруга Раиса Калашникова с мужем. Светлана Сыромят-никова прочитала свой рассказ: «Мальчик и баба яга». Из всех её рассказов, этот получился наиболее интересным по своему сюжету. Тамилла Таги-заде прочла небольшой рассказ и стихи. Я подумала: намного лучше стала писать. Заур Мехтиев, как всегда, выделялся отточенным стихосложением. Он передал мне свои стихи и на конкурс, и для альманаха.
Читала свои пародии Лилия ОЗ. Молодец, она всегда с юмором и старается всех поддержать!
Ракова на занятии не было. Выступила Раиса Калашнико-ва, как состоявшаяся поэтесса, её стихи многим нравятся. Не-много с опозданием пришёл Илья Гинзбург. Он вникал в каж-дое стихотворение и в каждый рассказ.
Очень редко приходит Светлана Александровна Миль. В этот день она пришла взъерошенная. Коротко рассказала, что хотела пойти в монашки, но её в церкви не приняли. Видимо, она и там противоречила, ей не подходит роль покорной. Для Церкви, как я знаю, больше нужны послушницы.
Светлана Миль разглядела, хоть и краем глаза мир, в ко-тором правят духовные наставники церкви и, по всей видимо-сти, явно разочаровалась. Она рассказала, что сама себе создала образ Бога и молится только ему. Хотя в поэзии у неё опорная часть отсутствует, она пишет непонятные фразы, не связанные друг с другом. Можно сказать, что душа у неё чувствительная и как она найдёт себя в этом мире, неизвестно даже Богу. И как ни странно, я замечаю в таких людях необычайный напор. Вроде она вызывает к себе жалость, но откуда берётся непо-нятное желание внушать всем, что мир - ничто!
Я провела разминку. Все написали на листке либо пого-ворку, либо четверостишие и т.д. А у меня были заготовлены три вопроса. Оля Оз вынула вопрос из конверта: Чему учимся на «Роднике?» Все стали сопоставлять свои строки с этим во-просом, и т.д. … Было очень интересно.
В конце занятия собрала несколько стихотворений и сда-ла Эльмире ханум.
В понедельник, 1-го ноября, позвонила Медине ханум в редакцию, чтобы поговорить о конкурсе, который должен пройти в конце декабря. Мы договорились встретиться второго ноября в 1-30.
ВСТРЕЧА С УЧЕНИКАМИ ШКОЛЫ № 134
5 ноября 2004 года. Сегодня ушла с работы в 11 часов на встречу с учениками школы № 134. С ночи, а затем целый день, с небольшими перерывами, шёл сильный дождь.
Лиля Оз позвонила мне насчёт творческого вечера Алек-сандра Ракова, но я сказала, что он меня не приглашал. И самое занятное то, что при встрече на Баксовете, куда пришли Лю-бовь Якунина, Нина Скворцова, Лиля Оз, Александр Раков всё время молчал. А когда мы возвращались из школы, Лилия сно-ва стала при нём приглашать меня в еврейскую общину, на что я ответила: «Он же сам молчит. Я бы не пошла без приглаше-ния». Саша пробубнил себе под нос, что ему вечер устраивает Иосиф Ткач.
Со мной на встречу с учениками пошёл внук Эмиль. Он хотел прочесть стихотворение А.С.Пушкина из своего учебни-ка, но отказался, войдя во двор школы. Директор школы и пе-дагоги нас уже ждали, поэтому сразу пригласили в актовый зал. В зале ученики заняли четверть помещения. Мы поднялись на сцену. Четыре так называемых стула стояли у небольшого сто-лика, накрытого ажурной белой скатертью.
Дети с любопытством смотрели на нас. И мы заметили их нетерпеливый настрой. Старшеклассники, как я поняла, были собраны не по своей воле. Кому сейчас нужны стихи? И, тем не менее, сквозь шушуканье старались делать вид, что вниматель-но слушают, это больше относилось к мальчикам. Девочки си-дели спокойно. Несколько детей даже пересели на ближние ря-ды. Представив Александра Ракова и всех участников детям, я объявила, что мы из литературного объединения «Родник» при общественно-политической газете «Вышка»…
Первым читал Саша. Я предоставила ему возможность читать свои стихи, сколько ему захочется, потому что нас было мало, а время надо было растянуть. После каждого стихотворе-ния ребята, естественно, громко аплодировали. Появился лег-кий шум. Я сказала, что, если детям не интересно, мы уйдём. Все тут же успокоились. И предложила: «Если у вас есть уче-ники, пишущие стихи, они могут выступить здесь в перерыве между нашими выступлениями». После Александра представи-ла Лилю Оз. Шепча мне на ухо, что она их быстро успокоит, Лиля спустилась со сцены в зал и, медленно прохаживаясь, стала рассказывать, как создаются стихи, приводила примеры из романа А.С.Пушкина «Евгений Онегин». При этом слышал-ся стук её каблучков при ходьбе, а от окна доносились громкие сигналы машин. Лиля рассказывала спокойно, негромко. Потом она поднялась на сцену и стала читать свои стихи.
После выступления Лили я попросила учеников почитать свои стихи.
Вышла Алибекова Сидига из 8-б класса и прочитала сти-хи. Мне показалось её лицо знакомым. Когда я спросила, вы-ступала ли она в ЦРК, ответила утвердительно. Ученик 7-го класса, Элвин Шнейер, сразу было видно, что грамотный па-рень, прочитал с выражением свои стихи. Я предложила пере-дать свои стихи в газету «Вышка». Они тут же согласились и принесли по 1-2 стихотворения мне на стол. Я подумала: по-прошу Медину ханум напечатать их в газете.
Перед выступлением Нины Скворцовой в зал вошла ди-ректор, и я преподнесла ей в подарок нашу с Экрамом книгу. Поблагодарив, она покинула зал.
Нина стала читать своё стихотворение. Настала моя оче-редь. Я коротко рассказала о себе и перешла на стихи. Эмиль-чик – внучок, сидел в первом ряду и смотрел на всех, как на те-атральную афишу, раскрыв рот.
Я читала наизусть, что помнила: «Апокалипсис», «Остров любви», а потом с листка. В зале установилась тишина. Зарабо-тав аплодисменты, я спросила у детей: «Какие будут у вас во-просы?» Вопрос был один: «Как пишутся стихи и откуда при-ходят мысли?» И мы, гости, каждый по-своему, рассказали как кто пишет. Дети и учителя поблагодарили нас за визит, а когда мы выходили из зала, каждому поэту вручили по оригинально-му букету.
У метро Нина Ивановна пошла на свою автобусную оста-новку, а мы - я, Лилия Оз и Саша спустились в метро и уже в вагоне распрощались. Я с Эмилем вышла на «Гянджлике», чтобы автобусом добраться до дома.
Дома пообедали. Вскоре продолжила набирать на компь-ютере записи о встрече со школьниками. Пришёл Экрам. Я ему рассказала о школе. Недавно звонил Иосиф Ткач с приглаше-нием на вечер Александра Ракова.
НА ВСТРЕЧЕ С УЧИТЕЛЯМИ В ЦРК
На встрече учителей в ЦРК ко мне обратился Виктор Ти-тович Татаренко с вопросом: «Получила ли я газету «Азеррос», где вышли стихи Экрама, Алины Талыбовой и мои под рубри-кой «Лицом к России». Я поблагодарила его за беспокойство и попросила ещё одну газету для Экрама. На этом заседании присутствовал представитель Российского посольства по куль-турной части Житников, а я думала, что  он уехал в Москву, а так же педагоги. Они жаловались на то, что в школах сокра-щают часы русского языка и литературы, что не хватает учеб-ников. Много вопросов было к Российскому послу, а он сидел, молча выслушивал и… никакой реакции. А что он мог сделать, когда сама Россия в плачевном состоянии. Любовь Тимофеевна просила меня прочесть стихи на заседании, но было уже позд-но, и мне надо было торопиться домой.
ПОМИНКИ Н.Б.ХАТУНЦЕВА
Вчера ездила на квартиру Н.Хатунцева с приготовленным салатом. Сорок дней со дня смерти Николая Борисовича проле-тели быстро. Как и в день похорон, пришли люди, хорошо знавшие его: кто-то работал с Хатунцевым, кто знал близко по иным обстоятельствам. Впервые увидела мужа Татьяны Мех-тиевой. Женщины помогали накрывать на стол, пока гости по-ехали на кладбище. Татьяна приготовила обед.
Мой салат, как и в день похорон, всем понравился. Я дважды прочитала стихотворение, посвящённое памяти Н.Хатунцева. Марина Янаева сумела молча удалиться на встречу с Чингизом Абдуллаевым в «Содружество» и пришла к концу поминок. Те, кто поминали за первым столом, не вста-вая, остались сидеть и за вторым столом. Говорили о Экраме, но я встала на дыбы и сказала, что многие им недовольны, а сами ведут себя не лучшим образом, и дала понять, к кому это относится. В девятом часу вечера я вернулась домой.
Сегодня звонил сын. Как я радуюсь его звонку и его голо-су! Он тоже занят и не может часто звонить, а помочь тем бо-лее. Но я не в обиде. Придёт время и всё встанет на свои места.
6 октября 2004 года. Три дня назад звонил Теймур Гыл-манов. Время было позднее.
Внук напросился полежать со мной и после долгих отве-тов на его вопросы, я отказалась с ним беседовать, и собира-лась спать. Звонок Теймура меня удивил. На вопрос: прочла ли я его книгу, что в ней больше всего понравилось, первая часть или вторая….? Пришлось извиниться перед ним, потому что я только встала с постели и не могу сосредоточиться на его сти-хах. Попросила подождать, я позвоню обязательно. Через два дня, прочитав внимательно его стихи, я отметила карандашом те места, что мне понравились больше остальных, решила при случае ему сказать.
ТВОРЧЕСКИЕ ПОИСКИ
Дома приготовила статью о «Роднике», которую обычно составлял Н.Хатунцев. Экрам прочитал и сказал, что ничего менять не надо, она и так хорошо написана. Прежде чем по-ехать к Медине ханум в редакцию, решила позвонить ей.
Вот уже два дня, как идёт сильный дождь. Взяла с собой зонтик и оделась теплее. Медина ханум была занята, но я за-глянула в кабинет, тем самым дала понять, что я пришла. Вско-ре она освободилась, и я переговорила о поздравлении Сергея Стукалова и тут же показала выбранные мною лучшие его сти-хотворения и свою статью. Медина ханум попросила отдать поздравление девочкам в отдел, а статью просмотрела и сказа-ла, что получилось неплохо. Потом Медина ханум предложила меня оформить, как руководителя, по приказу, официально. Я согласилась. Потом я рассказала, как отметили сорок дней Н.Б.Хатунцеву...
Как я была благодарна ей за поддержку! У меня сразу поднялось настроение.
 
ДУХОВНЫЕ РАЗРЯДЫ
11 ноября 2004 года. Экрам в этот день был болен. По просьбе Медины ханум – редактора «Вышки», я написала не-большую статью о выпущенной Дмитрием Дадашидзе книге переводов азербайджанских поэтов. Книга была издана в Ук-раине при помощи спонсора. Перенесла статью на дискету и вместе со стихами, которые мне передали школьники, и со сти-хами Алмасовой Эльмиры отнесла в понедельник 8-го ноября, в редакцию, предварительно позвонив Медине ханум. У неё было небольшое совещание, а так как я торопилась на работу, то передала ей дискету и вышла.
Вечером Сабина спросила, что стало с тем мальчиком, насчёт которого звонил Илья Гинзбург. Правда ли, что его сти-хи списаны у какого-то поэта? Я ответила, что пока не знаю. Через Интернет можно выйти на многих поэтов, заимствовать их стиль. Но вечером, после нашего разговора, позвонил Илья, как будто почувствовал нашу с дочкой беседу. Он сказал, что у Жозе Марии Эредиа есть похожее стихотворение. Правда, у Заура Мехтиева стихотворение называется иначе - «Исход», т.е. является лично его.
Позавчера вечером решила позвонить Мансуру, потому что иногда затяжное молчание ни к чему хорошему не приво-дит. Наш разговор начался с него. Я спросила, как он себя чу-ствует. Он дружелюбно ответил, что все в порядке. И вдруг нас прервали. Я снова набрала номер. Начала говорить и снова об-рыв. Не зная в чем дело, не стала больше звонить, а продолжи-ла смотреть фильм по телевизору. Через пять минут Мансур позвонил сам. Он объяснил причину отбоя. Оказывается, он сидел на шнуре. Я рассказала ему, что веду «Родник» и что вместе с родниковцами мы выступали в школе. Он добавил: «В 134-ой школе?». Я решила, что ему кто-то рассказал, и добави-ла, что поведу родниковцев на встречу с учениками 46-ой шко-лы. А Медина ханум обещала в конце года наградить родни-ковцев грамотами. Тут призналась, что звоню с тайной надеж-дой, что он разрешит мне опубликоваться в одном из очеред-ных номеров журнала. Он с удовольствием согласился.
Я обрадовалась и обещала, что принесу стихи позже, но прежде позвоню. На этом наш разговор по телефону закончился.
ДЕЛА РОДНИКОВСКИЕ
15 ноября 2004 года. Сегодня с работы позвонила в ре-дакцию к Медине ханум. Как всегда, услышав её голос, я по-здоровалась, представилась, а потом спросила: кого будем на-граждать дипломами, а кого поощрительными грамотами и подчеркнула, что Сыромятникова, Гылманов, и Раков ветераны и пишут неплохо. За Фариду ханум просила, чтобы как-то её отметили, потому что она уже не ходок по болезни, и её надо наградить чем-нибудь приятным. С этим Медина ханум согла-силась. Об остальных она подумает сама, список я ей передала. Когда я ушла, стала вспоминать, как она меня сравнивала с Н.Б.Хатунцевым; он сам правил стихи, и приносил ей готовые, а здесь приходится терять много времени для отбора стихов.
Я сделала для себя вывод, что надо самой, не торопясь, просматривать стихи перед публикацией и, если получится, исправлять. Об этом и буду говорить 27-го числа на «Роднике».
23 ноября 2004 года. Девятнадцатого ноября вышла под-борка стихов родниковцев в газете «Вышка». Медина ханум чуть подправила текст, где я рассказала о ведущих поэтах «Родника» и о тех, кто выпустил свои книги.
Раиса Калашникова звонила с благодарностью, что я о ней не забыла. В тот же день в газете вышло объявление о том, что заседание родниковцев состоится 27-го числа. Вышла ста-тья о Дадашидзе под фамилией Сулико Дагаргулия. Я с ней знакома, это корреспондент из города Сумгаита. У неё статья получилась, естественно, лучше. Она знала о нём конкретные факты и более подробно написала о его творчестве. Ну что ж, мне действительно надо учиться писать статьи.
Вышло стихотворение Рафика Алиева о знаменитом неф-тяном магнате.
Отдельным столбцом вышли стихи Варвары Константи-новой. Вышли также стихи Заура Мехтиева, Станислава Са-вельева, НиныСкворцовой, Тамиллы Тагизаде, Лилии Оз, Эль-миры Алмасовой, Светланы Сыромятниковой, и др. поздравила с успехом. Варя убедительно просила писать пояснения к моим стихам. От неё узнала, что Мансур упал и сломал себе ребро. Позвонила ему и пожелала скорейшего выздоровления.
ДЕНЬ УЧИТЕЛЯ
Я летела домой, как на крыльях, так и хотелось сделать что-то доброе людям, ведь не всегда мир кажется плохим. Че-рез два часа пришёл Экрам, и я рассказала ему, что Медина ха-нум мне предложила, а его поздравила с днём учителя, и это его обрадовало.
Позже он всё-таки выскажется, что мир отверг его, а меня воспримет, чтобы сделать ему больно. Сколько было сдержан-ности и такта у него, чтобы общаться с людьми, с теми, кого он считает серыми и бездарными. И, тем не менее, он подчеркнул, что вся его работа над моими стихами, редактирование их, это не что иное, как глубокое уважение ко мне. И я это прекрасно понимала и обещала помогать ему и в радости, и в горе. Уже пошёл одиннадцатый год, как я его знаю, разве могу сделать ему что-нибудь плохое? Ведь все эти годы видела в нём уваже-ние и преданность в дружбе.
При Экраме позвонила Галине Ивановне Шипулиной и поздравила с днём учителя от себя, Экрама и Нураддина. Она поблагодарила и спросила: что у меня нового? Я ответила, что веду «Родник» и буду организовывать походы в школы. Она тут же предложила привести родниковцев ориентировочно 17-го числа, но решили ещё созвониться. Я сначала думала, что она приглашает родниковцев выступить в Славянском универ-ситете, а она потом объяснила, что пригласила на очередной вечер, посвящённый М. Лермонтову, в консерваторию 17-го октября.
ПРЕЗЕНТАЦИЯ КНИГИ
И ДРУГИЕ ОЩУЩЕНИЯ
17 октября 2004 года. Перезванивалась несколько раз с Мариной Янаевой. Она готовилась к презентации своей книги «Он так целовал…», которая должна была происходить 17-го числа, а Шипулина Галина Ивановна на этот день пригласила меня на свой вечер в консерваторию. Были приглашены и Бо-лотников, и Татьяна Алексеевна из «Содружества», а это зна-чило, что на вечер Марины многие не придут. Я предложила ей поменять день. Марина подумала и решила сделать свой вечер на следующий день.
А на вечер Галины Ивановны я взяла цветы и пошла в консерваторию. Кроме Павла Юсупова никого из родниковцев не увидела, хотя звонила многим. Галина Ивановна выглядела просто, но рассказывала о жизни и творчестве М.Ю.Лермонтова довольно интересно. Группа, с которой все-гда выступает Галина Ивановна, состояла из тех же певцов и музыкантов, как всегда…
В «Содружество» при шла  пораньше. Там уже были при-глашённые гости Марины. Пройдя в кабинет, увидела Болот-никова за газетой. Он любезно поздоровался со мной. Гости рассаживались за круглым столом. По правую сторону села со мной Черняева Ирина, которая ходит теперь только на «Хазар». Рядом с Иосифом Ткачом села Сыромятникова Светлана. Чув-ствовало моё сердце, что я там буду не в своей тарелке. Так и получилось.
Бахыш взялся вести вечер.
Начался творческий вечер Марины. Выступали по очере-ди, сначала Иосиф Ткач, потом Сыромятникова, её друзья, Земфира ханум, Ирина Черняева, представляла сувениры на столе, как символы Марининых стихотворений. Естественно, за каждым выступлением следовали аплодисменты. Выступал ма-лыш – сын Марины, лет 9-10-ти. Он читал детские стихи. Вспомнила передачу, как сын с матерью выступали по бакин-скому радио.
Когда по списку выступили все, Бахыш спросил, кто ещё хочет высказаться? Я подняла руку. Он представил меня: Ва-лентина Эфендиева и ни слова больше. Я встала и сказала:
«Да, я Эфендиева Валентина – просто Валентина Эфен-диева!» Стала рассказывать, как Марина год назад появилась на «Роднике» и какие были вначале споры и дебаты. Как она выросла. Я решила прочесть отдельные строфы из её книги. У меня были отмечены карандашом некоторые строки из её сти-хотворений, которые, по-моему, мнению, были наиболее удач-ными для поэзии. Но рядом сидела Ирина Черняева, и она меня оборвала, что не надо искать, у неё все стихи хорошие. Единст-венное, что я успела, так пожелать ей творческих успехов.
Выступила Галина Ивановна Шипулина, поддержав меня тем, что напомнила о споре на моей презентации, давая понять, что я тоже поэт, а не просто Валя Эфендиева.
Кончился торжественный час. Светлана Сыромятникова попросила меня остаться, но я была настроена уйти. Выходя на улицу, я увидела Сергея, и спросила: «Домой идёшь? Если хо-чешь, оставайся!» Но он присоединился ко мне, и мы вместе направились к автобусной остановке.
 
ГЛАЗАМИ ЭКРАМА
Сегодня у меня с Экрамом была приятная беседа. Он рас-сказал о своём знакомом Юре Сопове, который учился в Моск-ве в Бауманском Университете на математика. Сейчас он ото-шел от мира сего и погрузился в религию. Хотя он и Экрам – совершенно разные люди по своему мировоззрению, у них на-ходятся общие темы для разговоров, особенно о поэзии, в ко-торой Юра хорошо разбирается. Он видит то, чего сами не ви-дят поэты, поэтому он считает; они пишут, что им на ум взбре-дёт. Он, как эзотерик и фантаст, получает особое мироощуще-ние после прочитанных строк. Если бы я могла передать его мысли о глобальном Космосе и то, что связано с духом и ду-шой, да еще тот мир, в котором он живёт и чувствует себя, я была бы «сверхчеловеком», но это присуще лишь ему и Экра-му. И то, что Юра видит необычную взаимосвязь мою с Экра-мом в поэзии – это нечто великое, по его понятиям. Не все поймут меня, как и Экрама – только люди большого ума, пото-му что я впитала в себя нечто особенное по отношению к ок-ружающему миру, глядя на всё глазами и душой Экрама. Он сказал, что нас будут многие ненавидеть, потому что люди са-ми не дойдут до подобного. Но мои светлые стихи будут жить в других поколениях.
Я долго беседовала с Экрамом на эту тему. Объясняла ему, что зависит от особенностей восприятия читателей их восприятия и способа чувствования. У Юры интеллект выше среднего, поэтому он воспринимает мои стихи и стихи Экрама, как нечто необычное, хотя разница между поэзией моей и Эк-рама весьма значительная. Об этом можно говорить и спорить долго. Всё зависит от того, как воспринимет нас наше общест-во и «госпожа Удача!»
24 декабря 2004 года. На днях получила письмо от Наде-жды Давришевой из Санкт-Петербурга. Она, как всегда перед Новым годом дарит мне небольшие календарики и открытки с поздравлениями и стихотворными посвящениями.
Она прислала свои стихи. И тут я заметила, как у  неё из-менился почерк, она стала писать мельче. Я еле разбираю от-дельные слова.
В этот день вышла подборка стихов к Новому году и моя вступительная статья:
НА ПУТИ К ИСТИННОЙ ПОЭЗИИ
Проводя итоги деятельности литобъединения «Родник» за 2004 год, хочется отметить, что в большинстве своём те, кто пишут стихи, стремятся к истинной поэзии и очень отвественно работают над словом и над созданием образа. Среди них Заур Мехтиев, Экрам Меликов.
Но есть и такие творцы, которые «варятся в собственном соку». Каждый из них спешит напечататься. Но ещё Блок ска-зал: «Печатание никогда не было для меня важным событием, потому что я привык строго отделять его от писания». Сопри-касаясь духовно с читателем, автор стремится передать рус-скую речь в поэтической форме так, чтобы читатели и только читатели оценили по достоинству творение души и ума. Этими читателями могут быть критики, филологи и просто грамотные люди, знающие литературный язык во всём его богатом разно-образии. Только по созданным образам и мышлению писателя можно определить, насколько он талантлив. Сегодня никого не удивишь грамотным изложением мыслей. Они должны будо-ражить до самой глубины души! Одному стихотворцу это даёт-ся легко, другому – в процессе кропотливого труда. А для чи-тателя главное – результат! Говорят: и слабая травинка проби-вает асфальт. Истинный талант никакими преградами не оста-новишь. Его не испугаешь ядовитым разбором первых опытов, соблазнительными предложениями заняться чем-либо более лёгким и полезным. То, что доходит до обычного слуха, - не эталон. Для публикации требуются высокие образцы, общая культура, зрелость. Самообразование имеет множество форм, но есть «тайна» создания Поэзии.
Об этом и размышляли участники «Родника» на ежеме-сячных занятиях, проводившихся в конференц-зале редакции газеты «Вышка».
Хочется пожелать в Новом, 2005, году и родниковцам, и их почитателям взаимного духовного наслаждения от прочи-танных произведений, публикующихся под рубрикой «Родник» на страницах одной из старейших газет.
Валентина Эфендиева
Руководитель литобъединения «Родник»
Ниже вышли стихи родниковцев: Нины Скворцовой, Ген-надия Салаева, Станислава Савельева, Энара Гаджиева, Алек-сандра Ракова.
Звонила Алина Талыбова насчёт моего стихотворения в газете «Азеррос». У неё сохранилась одна газета, и она обеща-ла при встрече передать через меня Экраму. Еще она обещала передать билет на ёлку для моего внука. От Марата Шафиева получила приглашение на конференцию, но я 22 числа работаю во вторую смену, а 25-го состоится занятие «Родника».
Дважды отпрашиваться с работы я не могу, поэтому не пошла на конференцию. После я узнала, что на конференции обсуждалась подготовка к проведению 60-летия Победы, и к поэтическому конкурсу на военную тему. В основном будут приглашены участники ВОВ.
Звонил Станислав Савельев и сообщил, что 25-го в три часа состоится его творческий вечер в честь 70-летия, при со-действии В.Т.Татаренко, в помещении кинозала в Доме прави-тельства. Он стал перечислять, кого можно пригласить из «Родника». Но я ответила, что не тактично приглашать людей избирательно. Лучше всего закончить занятие пораньше и всем родниковцам прийти. А если кто не захочет прийти, другой разговор.
Никак не соберусь отнести свои стихи в журнал к Мансу-ру.
НОВЫЙ 2005 ГОД
ТЕКУЩИЕ МИНУТЫ ТАЮТ В ПРОШЛОМ
24 декабря 2004 года. На «Роднике» я предоставила Са-вельеву самому выбирать приглашённых на свой вечер. К при-сутствующим примкнули Салаев Геннадий, Нина Скворцова и Энар Гаджиев. После занятия мы отправились на маршрутке к Дому правительства. Станислав и Энар, стоя в маршрутке, рас-сказывали о памятниках, которые встречались на пути. От Эна-ра узнала, что в московской «Литературной газете» бывают ин-тересные статьи, а стихи пишут ужасные. У входа в подъезд стоял Экрам. Мы подошли к нему и поздоровались. На первом этаже я купила две энциклопедии - о Мусульманских правите-лях и о цезарях Греции, Рима, Византии.
Поднялись на второй этаж, где однажды собирались чле-ны ассоциации «Содружества», которую в тот день переимено-вали в «Луч». Официального статуса ассоциация пока не имеет.
Алина поздоровалась со мной, я ответила ей тем же; она передала мне билет на ёлку и обещанную газету.
Сидя за большим столом, накрытым в честь юбиляра, ве-чер открыл Гасан Гулиев.
Многие сели на места, где сидели в первый раз. Кроме сладкого, были напитки и закуска. Станислава, как виновника торжества, пригласили за центральный стол, где сидели Тата-ренко Виктор Титович, Алина, Севиндж и профессор Славян-ского Университета. К нашему столу присоединился Энар.
Голодные, мы все хорошо закусили, выпив за здоровье юбиляра, его успехи в творчестве и за планы, намеченные на 2005 год. Многие читали свои посвящения или просто стихи в честь Станислава Савельева. Я прочла два стихотворения в честь юбиляра - «Грация и шпага» и «Невидимый мост». Как всегда стояла мёртвая тишина…. Экрам читал, виртуозно. Кто мало знал его, стал прислушиваться к его мнению.
СРЕДИ СВОИХ
На работу позвонила Земфира ханум, просила зайти в ра-диостудию.
В конце декабря я пришла к Мансуру сдать свои стихи для журнала. Когда я зашла к нему, в кабинете находился Иб-рагим Имамалиев. Поговорили немного, выпила чай с лимо-ном. От Мансура я поехала к Земфире ханум на метро до «Элимляр Академиясы», а там пешком прошлась одну оста-новку. Освободилась в седьмом часу вечера. Передала два сти-хотворения прочесть на радио. Позвонила домой, чтобы Экрам меня дождался. Когда я вернулась, он был зол, что я где-то брожу. Даже муж не нервничал так, как он.
Когда поужинали, я рассказала Экраму, что сделала заме-чание Зауру по поводу его стихотворения. Вообще я заметила в последнее время плохой настрой родниковцев, хотя и стараюсь смягчить их агрессивность.
После старого Нового года позвонила Севиндж узнать мое мнение о творчестве Савельева. Она собиралась написать статью, о том, как отметили его юбилей в Доме правительства.
Позвонила Медине ханум в «Вышку» узнать о награжде-нии родниковцев. Она ответила, что еще рано говорить об этом и обещала позвонить сама.
Но я знаю, что она сама звонит очень редко, однако на следующий день она позвонила мне на работу, чтобы я приеха-ла. Пришлось ждать, пока она освободится. Минут через сорок, она освободилась и пригласила меня в кабинет. Пять членов «Родника» выбрали по номинациям. Говорили о тех, кто часто посещает занятия. Я просила отметить Заура Мехтиева, как са-мого молодого родниковца.
НАГРАЖДЕНИЕ ГРАМОТАМИ
20 января 2005 года. Четырнадцатого января вышла газе-та «Вышка», где Медина ханум сообщила, кого из «родников-цев» отметила за успехи в творчестве. Первое место получил Заур Мехтиев, второе досталось Станиславу Савельеву, третье Энару, четвёртое Экраму. Об Экраме у нас разговора не было. Но она молодец, что отметила сама его поэзию.
Поручила Зауру купить на презентацию букет цветов, са-ма испекла торт. Чай и конфеты должны были принести ос-тальные родниковцы. Я попросила разрешения пригласить на вечер награждений Земфиру ханум. Она согласилась. Обзвони-ла всех, чтобы обязательно пришли 25-го числа.
7 февраля 2005 года. Награждение грамотами прошло в конференц-зале 25-го января.
Четверо: Заур Мехтиев, Станислав Савельев, Энар Гад-жиев и Экрам Меликов получили призовые места по номина-циям, указанным в газете. Экраму подарили чашку с крышкой, у остальных я не спрашивала. В газете за 4-ое февраля вышла статья Н.Расуловой о торжественном дне родниковцев. Особую роль сыграла главный редактор Гасанова Медина. Она сама выбрала состав призёров. Я только её попросила отметить За-ура Мехтиева, как самого молодого родниковца. Она призна-лась, что его стихи действительно интересные. Об Энаре и Станиславе и говорить не пришлось, они о себе сами побеспо-коились: Энар занялся переводом Корана. Он завоевал симпа-тию в среде литераторов, у Станислава обычные, понятные стихи, хорошо сложены, и большей частью посвящены грузин-ской тематике. А в последнее время, понимая, что надо больше писать о земле, на которой живёшь, он создал небольшие зари-совки о метро, Рихарде Зорге и о литературных памятниках го-рода Баку, о которых он хорошо рассказывает при случае, По-тому что он о них всё знает – и за  это, ему плюс. Не каждый бакинец знает, сколько у нас в городе воздвигнуто памятников литераторам. «Свободный журналист», как его в шутку назы-вают, занялся поэзией.
К выбору родниковцев для награждения Медина ханум подошла объективно. Экрам действительно заслужил, своей необычной поэзией, чтобы его отметили. Хотели в список вне-сти и меня, но я отказалась - не следует руководителю соревно-ваться с коллективом.
Зная, что призёров будет определённое количество, по-просила, чтобы остальных родниковцев отметили грамотами. Медина ханум пообещала найти готовые бланки для всех. В одном из магазинов мне помогли на компьютере составить форму грамоты, которая подошла бы для родниковцев. Медине ханум показала образец, кое-что исправила, так получились новые грамоты.
Когда всё было готово и назначен день презентации, я ис-пекла торт. Если бы кто видел, как я с ним ехала за Земфирой, которую еле уговорила участвовать в нашем мероприятии! Земфира плохо себя чувствовала, но всё же не отказалась от своего обещания. Таксист нас ждал внизу. На машине мы бы-стро добрались до издательства.
Земфира и Медина встретились в кабинете как старые друзья, которых разделило время. Учились в одно время, но Медина была на год старше по курсу. «Они вспоминали ми-нувшие дни и место, где вместе учились они!» Медина вошла с Земфирой в зал, когда все были в сборе. Она произнесла всту-пительное слово: как и за что, награждаются родникоцы, какое значение имеет литературное объединение, что значит поэзия в жизни человека.
Я фотографировала на память всех, кого награждали. Вы-ступила и Земфира ханум. После награждения поблагодарила всех за внимание, которое уделили родниковцам.
Вместо Раисы Калашниковой присутствовал её муж, Лё-ва. Сергея послали ещё за одним букетом цветов для Земфиры. Он долго отсутствовал и пришёл к концу награждений и при-нёс цветы. Чай пить остались только родниковцы. Журналист-ка и молодая девушка-фотограф Диана вышли вместе с Меди-ной и Земфирой из зала. Я поручила родниковцам отнести им в кабинет чай и торт.
Остальные родниковцы с удовольствием зашевелились и наливали чай из нагревательных приборов в стаканы, а кому стаканов не хватило, наливали в стаканчики из-под кока-колы. Экрама просили вернуться руководить «Родником», но он от-казался. Когда чаепитие закончилось, я предложила родников-цам убрать всё лишнее со стола, потому что нянек здесь нет. Женщины засуетились и быстро всё убрали.
Земфиру ханум проводила на такси. Правда, она не раз-решила проводить ее на четвёртый этаж, решила сама дойти. Позже, когда я позвонила узнать, как она себя чувствует, она призналась, что сильно заболела после нашего вечера. Думаю, это намёк, что она больше не придёт к нам ни на один вечер. Ну, что ж, придумаем что-нибудь другое.
Алле Андриановой грамоты не хватило, и ей сделали по-дарок – подписку на газету «Вышка». Вот повезло!
НОВЫЕ НОТЫ В «СПЕКТАКЛЯХ»
Экрам встретил в городе Василия, поэта и прозаика. Он поинтересовался, окончательно ли мы рассорились с Экрамом. Экрам резко оборвал его и спросил, откуда он это взял. Тот от-ветил, что об этом сказал Мансур.
Я отнесла Мансуру перед Новым годом 14 стихотворе-ний. Пока занималась с родниковцами, не звонила. Позвонил он сам узнать номер телефона одной знакомой женщины, имя которой никак не хотел называть. Я перечислила более пяти женщин из «Родника», но это были не те, кто ему нужны. Тут я догадалась, кого он ищет. Когда назвала имя Мехтиевой, он подтвердил, что это она. Я нашла её номер и продиктовала, взамен Мансур попросил меня зайти в Союз писателей, но прежде позвонить.
В фойе, как всегда, за шахматной доской сидел Сиявуш. Увидев меня, улыбнулся и поздоровался. Я прошлась к кабине-ту Мансура, но он был закрыт. Посмотрела напротив. В каби-нете сидели две хорошо одетые женщины, явно не сотрудники. Надыр – работник издательства, сделал вид, что не узнал меня. Я вынула из своей сумки, приготовленные для журнала стихи, и попросила передать их Мансуру. Он поинтересовался, кто я. «Не узнаешь? Валентина Эфендиева!» - и похлопала его по плечу. Он признался, что не узнал, а я с улыбкой ответила, что поменяла имидж, и ушла.
ВСТРЕЧИ В «СОДРУЖЕСТВЕ»
12-го февраля позвонила Веста Николаевна, мама Алины Талыбовой и пригласила в три часа в «Содружество» на встре-чу с Фуадом Ахундовым, известным историком. Поблагодарив за приглашение, я стала думать, как попасть на встречу. При-шлось позвонить на работу и предупредить, что меня сегодня не будет. К трём часам я пришла к Михаилу Константиновичу Болотникову. Он, увидев меня, дружелюбно улыбнулся, пред-ложил мне снять верхнюю одежду, открыл шкаф и протянул вешалку, чтобы я повесила свою куртку. В зале на столе стоял кинопроектор для слайдов. Мне объяснили, что будут на стене показывать кадры старого Баку. Из родниковцев пришли не-сколько человек: Геннадий Салаев, Александр Раков, Людмила Дудко, Кобенячкин (Юсупов) Павел.
Пока люди устраивались за столом, я поговорила с Люд-милой Дудко. Имея троих детей, она вертится, как белка в ко-лесе, но у неё всегда восторженная улыбка на лице.
Алина встала в центре и познакомила всех с гостем, кото-рого пригласили на встречу, чтобы историк рассказал нам о древнем и современном Баку. Кратко представив гостя Фуада Ахундова, Алина передала ему слово.
Он начал рассказ о старом Баку, о его становлении. Здесь перемешались разные народы и племена, от арабов, персов до немцев, татар, русских, армян и многих других народностей. Рассказал о нефтяных магнатах, их жизни и благотворительно-сти, о строительстве первой русской часовни (церкви) – собора Варфоломея, о первой переписи населения, о выходе через мо-ре на торговые рынки, о перевозке нефти на верблюдах, о до-быче «вечного огня» - газа, о строительстве религиозных зда-ний у кладбищ. Александро-Невский собор, венец русского зодчества, воздвигнут в Баку до революции, хотя многие воз-ражали против его постройки в связи с нехваткой денег. Высо-той 84 метра и шириной 55 – он не уступал многим известным соборам России. Это был целый квартал, откуда можно было обозреть любую точку центра Баку. Каменное кружево созда-вало романтическое настроение у всех, проходящих мимо. Пер-вая служба Пасхи – всенощная, удивила народ. В 30-ые годы здание было полностью разрушено; уничтожен собор «Марии» - церковь на Баилове. Втайне стали образовываться общины, которые имели определённые средства.
Стали разводить хлопок и открывать текстильные пред-приятия. Следом рыбное х зяйство. Керосиновый завод для очистки нефти был открыт у храма Атешгях. Братья Нобели создают по своим проектам первые нефтеналивные танкеры. Суда назывались именами пророков: Зороастр, Моисей и др.
Чтобы установить вышки в море, требовался прочный фундамент на дне Каспия.
В 1847 году в трюмы засыпали песок и опустили семь ко-раблей на дно, которые являлись  основаниями для нефтяных вышек в море. Историк Фуад Ахундов, увлекательно рассказы-вал о семейных трагедиях нефтяных магнатов, о благотвори-тельной их деятельности. Они направляли, на учебу в круп-нейшие города России и Европы многих талантливых предста-вителей Азербайджана. И о могиле крымского магната – Годжа Нагиева, которого татары считали своим отцом. Когда он умер, его через весь город на руках пронесли к месту вечного упо-коения. Похоронили его в парке Кирова (ныне парк Шехидов). Могила со временем была забыта. Город разросся, и осталась только память о старом городе и его меценатах, строивших Но-вый город.
Я была в восторге от лекции, узнала для себя много ново-го, яркого, о своём родном городе. Как же мало мы, люди, зна-ем историю своей Родины. Историю, которую должен уважать каждый местный житель. Мы стали бедны памятью, превра-тившись в «Манкуртов». Какое же будущее ждёт нас и наших потомков?
В ПОИСКАХ ИСТИНЫ
В последнее время я закрутилась с альманахом, набирая на компьютере стихи родниковцев. Мансур сказал, что он вы-берет из моей книги стихи и поместит в третьем номере журна-ла. Ходила в Дом правительства в отдел ВАП на 9 этаж к Севе ханум. Сдала одну свою книгу узаконить за собой авторство. То же самое сделала и для Экрама.
Конференц-зал, где собираются родниковцы, был на кос-метическом ремонте. Нам выделили небольшой кабинет. Хо-рошо пришло мало людей, а то всех разместить было бы негде. Присутствовали Лёва и Раиса Калашниковы, Заур Мехтиев с мамой, Сыромятникова Светлана, Геннадий Салаев, Нина Скворцова, Тамилла Тагизаде, Илья Гинзбург, Оля Чумакова, Сергей Стукалов и др.
 
ОТ «РОДНИКА» ДО «СОДРУЖЕСТВА»
26-го февраля состоялось занятие «Родника». Пришли почти все, за исключением Теймура Гылманова, Паши Юсупо-ва, Раисы Калашниковой и Фариды Аслан. Заранее договорив-шись в издательстве насчёт альманаха, и сдав половину соб-ранных денег, через десять дней получила вёрстку и раздала на проверку родниковцам. Привожу вступительную мою статью к сборнику.
«РОДНИК» 2005
Сборник стихов
НЕИССЯКАЕМЫЙ «РОДНИК»
В четвёpтом, по счету, поэтическом альманахе «Родник»-2005, собраны стихи членов одноименного литературного объ-единения, вот уже 42 года существующего при общественно-политической газете Азербайджана "Вышка". В разные годы литературное объединение "Родник" возглавляли известные бакинские поэты. Среди них хотелось бы отметить замечатель-ного поэта-переводчика Александра Халдеева, Дмитрия Дада-шидзе, заслуженного работника культуры Азербайджана Вла-димира Кафарова, Николая Хатунцева. Некоторое время руко-водил «Родником» Экрам Меликов. Они взрастили в стенах ре-дакции не одно поколение поэтов и писателей. За последние 15 лет имена ведущих литературного объединения "Родник" стали известны многим.
Светлая память останется в сердцах родниковцев о тех, кто ушел из жизни, воспитав в учениках чувство любви к ис-тинной поэзии. Особенно запомнился pодниковцам член Союза писателей Азербайджана, автоp нескольких поэтических сбоpников, пpекpасный человек, добpый наставник Николай Борисович Хатунцев.
Некотоpые из наших родниковцев уехали в Россию. Сpеди них Лала Ахвердиева, выпустившая свою первую книгу "ДИС МАНИБУС" в 2004 году в г. Баку в издательстве "Му-тарджим", и Надежда Давришева.
Выросли в своём твоpчестве Алина Талыбова, Севиндж Гейдарова, Александр Родионов, которые вступили в Союз пи-сателей Азербайджана. Они выпустили свои сборники стихов и сегодня ведут активную пропаганду русского языка в Азербай-джане.
Путь поэта - это всегда в пеpвую очеpедь постижение са-мого себя. Отpадно, что мы сегодня можем говорить о красоте удачных рифм, неповтоpимости образов, патриотизме автоpов, ставших в стенах "Вышки" настоящими поэтами.
Но, как это не раз бывало в истории искусства, новое по-нятие красоты - удел будущего времени.
Поэты всегда будут стремиться к простору своего миро-воззрения. Они пишут о том, что видят и чувствуют. Выде-литься своим творчеством в обширной палитре русской сло-весности может далеко не каждый. Кто-то в поиске, иные до-вольствуются тем, что создают, не делая попыток выйти за пределы фантазии или действительности. Одна и та же тема видится под углом зрения каждого родниковца по-своему, но вечной темой останется Родина, та земля, на котоpой вырос по-эт. И в этом случае тема неисчерпаема. Главное - искренняя преданность поэтическому слову, котоpое объединяет духовно близких людей. Оно вырывается на свободу, как источник, бьющий из-под земли, ложится в стpоки и доносит до читателя те искpенние чувства, котоpые pождаются в душе поэта. Хо-чется пожелать родниковцам, которых объединяет вышкинский "Родник", чтобы этот четвертый альманах порадовал читателя и откpыл дорогу последующим "Родникам". Удачи и творче-ских успехов Вам, дорогие друзья!
Валентина Эфендиева
Руководитель литобъединения «Родник»
Несмотря на суматоху дел, мне ещё предстояло пригла-сить родниковцев в «Содружество» на литературный вечер. Хотя немного опоздали, нам позволили расположиться за сто-лом, прежде чем продолжат творческий вечер в честь Самеда Вургуна. Мансур тоже присутствовал. «Слово о литераторах» предложили выступить Галине Ивановне Шипулиной. Она по-ведала нам о том, что слово «Поэт» - греческого происхожде-ния, а «поэтесса» - французского. Галина Ивановна читала нам афоризмы философов и видных политических деятелей. Ей больше всего понравился афоризм Бродского.
После неё читала свой текст Севиндж Гейдарова. Высту-пал Мансур Векилов. Марат Шафиев провёл викторину. По четверостишию надо было определить его автора. В качестве приза представили «Школьный Энциклопедическай Словарь А.С. Пушкина». Дар Правительства Российской Федерации, выпущенный в Москве к 200 летию со дня рождения А.С. Пушкина.
Было предложение создать в «Содружестве» библиотеку наших современников-бакинцев, издающих свои книги. Лачин получил больше всех очков, а значит, приз – книгу.
Яна передала мне письмо от Лалы Ахвердиевой и фото-графии – для альманаха.
Позвонила Мансуру узнать о судьбе моих стихов для «Литературного Азербайджана» Он не поленился и прочел мне все названия моих стихов, и даже те изменения, которые он внес. «Как считаешь нужным, так и делай», – ответила я.
НАЗОЙЛИВЫЕ ОШИБКИ
16 мая 2005 года. Почти два месяца я была захвачена со-бытиями, о которых постараюсь упомянуть. Но всё по порядку: пришла интересная мысль, и я её вписала в биографическую статью: «Есть надежда издать отдельной книгой мои дневнико-вые записи». Вставка будет являться как бы «шапкой», поясняя основную идею моего мировосприятия.
Чтобы выпустить сборник стихов «Родник-2005» – при-шлось много поработать. Наши поэты – любители, многие из них, никак не хотят понять, что надо избавляться от слабых строк, о которых им настойчиво говорят опытные поэты. Но они убедили себя в том, что сами уже совершенные поэты, и не хотят прислушиваться к голосу разума. Так они становятся тормозом для самих себя, не совершенствуясь в поэзии, почив «на лаврах» собственной мечты. Время идёт, а они варятся в своём соку, продолжая топтаться на месте. Правда, некоторые из родниковцы поняли, о чём я им советовала, и мы вместе до-бились правильного изложения в произведениях для себя и альманаха. Но многие продолжают писать, как раньше.
Ко Дню Победы, каждый родниковец получил по одному экземпляру альманаха. Теперь у каждого книга на руках. Прав-да, хотелось бы иметь ярче оформленный сборник, но надо считаться с тем, какие имеют возможности люди. Не всё шло гладко с самого начала, но ошибки были исправлены, и о них говорить уже не стоит….
«ПЛОТЬ ОТ ПЛОТИ»
Подходил день рождения мамы. Как её порадовать на расстоянии, зная, что в последнее время она всё больше думает и переживает обо мне. Я написала ей посвящение «Плоть от плоти», правда, там всё больше о себе и только в заключении я говорю о том, что я плоть от плоти – похожа на маму и лицом и характером. Смотрю на себя в зеркало и вижу маму и чем старше становлюсь, тем больше похожу на неё. Отослала. Ду-маю, что угодила ей. Ну, о чём ещё ей писать, когда это посвя-щённое стихотворение четвёртое по счёту. Ведь я всю любовь и душу вложила в них. Если бы она была рядом, я бы говорила бесконечно то, о чём думаю. Но, увы…
ТВОРЧЕСКИЕ ПУТИ
Звонила Мансуру и узнала, что мои стихи вышли. И го-норар получила небольшой. Два журнала он вручил в качестве подарка.
Прежде, чем поехать на «Родник», мне надо было заехать в издательство «Мутарджим» и забрать фотографии для альма-наха, который собирается выпускать Гасан Гулиев, профессор, писатель и ведущий литобъединения «Луч», об этом сообщил мне Геннадий Салаев. Дискету с моими и Экрама стихами надо было передать через Геннадия. Он попросил набрать на ком-пьютере стихи Станислава Савельева, он сейчас болеет. Я со-гласилась, взяв их у Геннадия. Услышал об этом Теймур Гыл-манов и попросил напечатать его стихи. Жалко мне стало Тей-мура, вот и взялась искать у себя его фотографию. Мне было тяжело после сдачи сборника в типографию снова садиться за компьютер. Легче попросить родниковцев, но что сделано, то сделано. Набрала стихи на пяти компьютерных листах и пере-несла на дискету.
В сентябре жду из России альманах, где должны выйти сти мои и Экрама.
Ещё сдала по одному стихотворению десяти авторов в из-дательство Мутарджим для журнала «Русский язык и литера-тура в Азербайджане». Написала вступительное слово о поэзии и о нашем литературном объединении «Родник» при общест-венно-политической газете «Вышка».
В тот день, тридцатого апреля, я пригласила журналиста из «Мутарджима», Земфиру ханум просили направить кого-нибудь на встречу с родниковцами. Хотела устроить «День от-крытых дверей». Но никто не пришёл. Земфира не подходила к телефону ни днём, ни вечером.
Мы в этот день прочитали свои стихи, посвященные Дню Победы!
Читали, рассказывали о войне, у кого, что было создано.
ВСТРЕЧА С ВЕТЕРАНАМИ ВОВ
Нас, родниковцев, пригласили в одну из крупных город-ских библиотек выступить перед ветеранами войны. Раиса Бо-рисовна, очень энергичная и понимающая поэзию женщина, к тому же филолог, была организатором встречи с ветеранами ВОВ. Библиотека, что расположена за центральным ГАИ, на-ходится около «Парка офицеров», как он раньше назывался. Я заранее подарила Раисе Борисовне свою книгу «Ступени к Храму».  «Обитель Духов» дала ей почитать. Ей очень понра-вились мои стихи. Нам предложили прочесть стихи о войне. Мы все шли от «Родника». Куда исчез Илья Гинзбург по доро-ге, я так и не поняла. Вроде он собирался идти вместе с нами, и вдруг его не оказалось на месте. Заур с мамой, Геннадий Сала-ев, Сергей Стукалов, и другие на автобусе приехали в библио-теку. Теймур Гылманов, зайдя в помещение, осмотрел контин-гент и сказал, что это не его аудитория, он не будет выступать, и ушёл. Раиса Борисовна суетилась в библиотеке, встречала участников войны, рассаживала школьников (участников вече-ра). Всю программу она взялась вести сама. Родникоцы распо-ложились за столами, недалеко от входа, около книжных стел-лажей. Дети читали стихи и пели песни. Раиса Борисовна пред-ставляла ветеранов и о каждом старалась рассказать, как можно больше. Среди ветеранов я встретила Ивана Поликарповича Третьякова с дочкой Антониной Ивановной. Родниковцы уже устали ждать своего выступления. Когда подошло время им выступать, Раиса Борисовна стала просить, чтобы читали по одному стихотворению, из-за того, что все устали. Но родни-ковцев не прошибёшь просьбой. Они терпеливо высидели вре-мя, а когда начали выступать, не торопились, читали спокойно, каждый несколько стихотворений; Геннадий Салаев, Заур Мех-тиев быстро прочитали свои стихи, без предисловий. Зато Сер-гей Стукалов дал волю своей душе, он говорил больше всех. В заключение я прочла два стихотворения. После меня выступи-ла директриса библиотеки.
ВЫХОД СБОРНИКА
 Время подходило к шести часам, и мне надо было торопиться в издательство «Мутарджим» за сборниками. Я обещала за-брать все экземпляры до конца рабочего дня. В библиотеке го-товились к чаепитию, а я с Сергеем Стукаловым направилась в издательство пешком, думала так будет ближе. С нами вышли Заур с мамой, они направились в сторону цирка, а мы успели до закрытия издательства забрать свои книги. Спасибо Сергею, он относил стопки книг в машину, потом из машины домой. Это было 30-го апреля.
«СО СЛЕЗАМИ НА ГЛАЗАХ»
Встретила Болотникова Михаила Константиновича на ве-чере в консерватории. Вечер вела Галина Ивановна Шипулина. Он так и назывался «Со слезами на глазах». Перед началом концерта я многим из присутствующих преподнесла свою кни-гу. Когда начался концерт, посвящённый дню Победы, дейст-вительно невозможно было сдержать слёзы, потому что все рассказы, все песни были посвящены защитникам Родины, тем, кто не вернулся домой с войны. Галина Ивановна рассказывала с большим чувством о том, как самоотверженно трудились лю-ди на заводах, фабриках, на предприятиях. Из Азербайджана поставляли горючее в разные регионы страны, чтобы боевая техника была на ходу. Текстильные комбинаты работали во всю мощь, чтобы одеть воинов в тёплую одежду. Сколько бы ни рассказывали о Великой Отечественной Войне, тема остаёт-ся неисчерпаемой. Люди выживали в трудных условиях, но ка-кая надежда поднимала человеческий дух, и все верили в По-беду! Фильмы и песни о войне были настолько чувствитель-ными для тех, чья любовь и вера в будущее жила в душах лю-дей.
Зрители не отпускали артистов со сцены. Аплодисменты были долгими и «горячими». И, как правило, многие остались после концерта благодарить Галину Ивановну за прекрасный вечер!…
Вскоре Михаил Константинович пригласил меня в биб-лиотеку им. Ахундова на выставку книг, рассказывающих о подвигах советских солдат. Эти книги поступили из Москвы. Открытие задерживалось. Но когда гостей впустили в здание, никаких московских книг не было. В фойе отделили место для выставки местных книг. Книги были на разных языках.
Здесь находилась литература о войне, написанная на рус-ском и азербайджанском языках. Экрам был со мной. Он встре-тил знакомого журналиста. И они отошли в стороне и говорили о поэзии, о своих проблемах. Видела Алину, она была вся в за-ботах и в думках, а когда случайно столкнулись, я подарила ей свою книгу. В этой толпе, операторы из телевидения снимали руководителей библиотеки и представителей общественности. Алина была одной из вы-ступающих. Я предложила Экраму сделать запись в журнале для гостей. После него подписалась я. Видели Ивана Третьякова, нашего писателя – фронтовика, он тоже выступал перед тевизионной камерой.
«ВЕЧЕ НА УКРАИНЕ»
Первого мая - Пасха. Утром пошла в церковь, святить ку-личи. Меня поразило, как молодой батюшка во дворе, где стоя-ли столы с куличами, печёными и яйцами, без молитвы окро-пил продукты и людей, на этом и кончилась батюшкина проце-дура. Это было что-то! Я подумала: «До чего святое дело уп-рощается!»
Второго мая встретилась с Геннадием Салаевым и пере-дала стихи мои и Экрама, записанные на дискете, для альмана-ха «Содружества». Там же были стихи Савельева и Теймура, как они и просили.
Сестрёнке Ирине прочла по телефону новое стихотворе-ние «Вече на Украине». Потом отправила бандеролью книги Лале Ахвердиевой и Надежде Давришевой.
АЛЬБОМ ДЛЯ ФОТОГРАФИЙ
Четвёртого мая  решила пройтись по магазинам, чтобы выбрать фотоальбом для родниковцев и оставить его в библио-теке при издательстве газеты «Вышка». Зашла в канцелярский магазин недалеко от универмага «Бакы». Мне сразу бросился в глаза мягкий светлый альбом для фотографий. На нём, в голу-бом оформлении, красивая пара танцует вальс, а сбоку - яркие голубые цветы. «Это поэзия!» – подумала я и купила альбом.
Вскоре зашла к Мансуру и Сиявушу Мамедзаде за фото-графиями для альбома, но прежде позвонила. Я попросила Эк-рама, по совету Сиявуша, сходить в типографию и там попро-сить дискету с фотографиями Владимира Кафарова для альбо-ма. Эту дискету я отнесла в фотоателье и пересняла. Дома пе-ребрала свои альбомы и выделила фотографии родниковцев.
В один из вечеров позвонил Ибрагим из ЦРК. Его я узна-ла сразу по голосу. После приветствий Ибрагим рассказал, что прочитал в журнале «Литературный Азербайджан» моё стихо-творение «Мост» и был поражён. Мне было очень приятно. Эк-рам слышал наш разговор по телефону и удивился, как Ибра-гим чувствует и понимает поэзию.
КОНКУРСНЫЕ РАЗБОРКИ
Седьмого мая вечером позвонил Болотников из «Содру-жества» и стал читать моё стихотворение, а я вторила ему. Это стихотворение под названием «Кавказ-2001» было у меня в книге «Неугасамый свет», а на конкурс я сдала его ко Дню По-беды, изменив название «Осень-41-го», но оно относится ко всем войнам, которые прошли по земле от Перв